Последнее обстоятельство терзало Грейс сильнее всего. Терзания начались, еще когда она стояла под душем, и продолжались до сих пор. Она великолепно понимала, ка кую борьбу Макс ежедневно вел со своей зависимостью. Каково ему возиться с чужим похмельем?
Ей показалось, что Макс начнет спорить. Нет. Он лишь поскреб подбородок и сказал:
– Ценю твои извинения, но я совсем на тебя не сержусь. Все нормально.
– Нет, не нормально! Вчера я вела себя не как верная подруга, а как законченная эгоистка. Ты не заслуживаешь такого отношения к себе. Обещаю: больше такого не повторится. – Макс открыл рот, но Грейс не унималась: – Я знаю все твои аргументы. Ты скажешь, что я ошибаюсь, но я-то понимаю: я права. Позволь мне искупить свою вину.
Он усмехнулся. Его улыбка была доброй и спокойной.
– Хорошо. Искупай свою вину.
Грейс стояла, засунув руки в карманы шортов. Макс шагнул к ней. Ее сердце сразу же сбилось с привычного ритма. Такое с ней случалось все чаще, и Грейс не знала, радоваться этому или пугаться.
– Хочу тебе кое в чем признаться, – сказал Макс.
Интонации его голоса будоражили ее ничуть не меньше, чем его руки. По жилам побежала кипящая кровь, а о том, что творилось в животе и прочих интересных местах, лучше было не думать.
– Когда я вчера увидел тебя на кровати в твоей красной кружевной паре… Знаешь, эта картина останется со мной надолго.
Его глаза и сейчас скользили по ее фигуре. «Интересно, а какой вкус имеет его язык?» – вдруг подумала Грейс.
– Ты выглядела до жути круто и соблазнительно.
– Рада, что тебе понравилось, – растерянно пробормотала Грейс.
– Мне понравилось.
– Я могу как-нибудь это повторить.
– Обещаешь? – усмехнулся Макс.
– Обещаю.
– А как насчет повторения, когда мы вернемся домой?
От слова «домой» исходило что-то необъяснимо приятное.
– Думаю, вполне смогу.
– Замечательно. – Макс улыбнулся, как волк из диснеевских мультиков. – А теперь прошу прощения. Я должен принять очень холодный душ.
Макс удалился в ванную, бормоча что-то о гипотермии. От вида татуировки на его мокрой спине горло Грейс пересохло, будто пустыня. Дверь ванной закрылась. Зашумела вода. Грейс улеглась на кровать, закрыла глаза и представила себя рядом с Максом под струями душа. Шевельнулось беспокойство, но это был пустяк по сравнению с необыкновенным ощущением. Но Грейс быстро осадила себя. Такие штучки не для чужих домов. Главное, она была к этому готова. Электричества, копящегося между ними, уже хватило бы для нужд небольшого города.
А ведь ее первоначальные, чисто дружеские отношения с Максом очень медленно превращались во что-то иное. Во что-то более серьезное и пугающее. Она обещала и себе, и ему, что ничего подобного не будет. Оба тогда понимали: им это не нужно. Но странное ощущение не исчезало. Наоборот, оно разрасталось. Где оно обитало? Где-то рядом с надеждой, что однажды Макс почувствует то же самое.
Грейс закрыла лицо руками и стала глубоко дышать. Умом она понимала: этого ни в коем случае нельзя допускать. Но было еще и сердце… «Вляпалась ты, Грейс!»
– Чувак, я больше так не могу. Можно мне сюда приехать? Хоть на пару дней?
Макс лишь фыркал. Он валялся на кровати у себя в номере, щелкал пультом, переключая каналы большого настенного телевизора, и вот уже целых десять минут слушал сетования Картера. Чувствовалось, своими нескончаемыми приготовлениями к свадьбе Кэт выпила из него все силы.
– Понимаешь, я ее очень люблю. Но я уже зверею, когда она заводит разговор об очередном пункте приготовлений… Кстати, с тебя еще нужно снять мерки для свадебного костюма. Не думай, что увильнешь. Кэт тебя из-под земли достанет… Я только и слышу что о цветах и свадебных подарках… Нет, не тех, что гости дарят новобрачным. Оказывается, мы тоже должны что-то подарить каждому из гостей. Каково? Почему это я должен делать подарки гостям? Получается, я завлекаю их на свадьбу? Кто выдумал такой идиотский обычай? Приходите, гости дорогие. Вот вам двадцатидолларовый подарок, который вам ни к черту не нужен.
Послышался глухой стук. Наверное, Картер плюхнулся в кресло. Следом из мобильника донесся его вздох.
– Я хочу, чтобы все прошло на высшем уровне. Чтобы Кэт была счастлива. Но и представить не мог, что женщины могут быть таким… таким…
– Кошмаром наяву?
– Да! – рявкнул Картер. – Да, черт бы побрал все эти приготовления!
– Может, тебе вообще не стоит жениться? – спросил Макс, обтирая о штаны левую ладонь, заляпанную краской.
– Я и сам иногда спохватываюсь: о чем только думал? – За несколько секунд молчания Картер немного успокоился. – Но знаешь, когда она говорит о приготовлениях… ты бы видел ее лицо! Я сначала злюсь, а потом прощаю ей все. Вот такой я придурок.
– У вас будет потрясающая свадьба. Я уверен.
– Да… Слушай, что это я все о себе да о себе? – спохватился Картер. – Как вы там провели День независимости? Оторвались по полной?
– Спрашиваешь! Дядин дом – просто чудо.
– Как же, помню. Давно я там не был. Надеюсь, у твоих все хорошо? Дядя Винс, надеюсь, здоров?
– Что ему сделается? Развлекал публику историями про меня.
