– Я вполне согласен решить эту проблему, не отвлекая директора от его, несомненно, важных дел, – сдержанно заверил Флитвик. Его многое не устраивало в том, как действовал Дамблдор, но он чаще предпочитал не спорить с ним, давно раскусив мстительную натуру Альбуса. Филиус просто выполнял все его приказы, максимально учитывая собственные взгляды на тот или иной вопрос. Вероятно, это в какой-то степени являлось малодушием, но Филиус считал, что он принесет больше пользы, занимая пост декана и имея возможность компенсировать разрушающую силу некоторых решений Дамблдора. К примеру, так было с мисс Эджком – ему удалось растолковать девушке, в чем заключается понятие предательства, и убедить ее, что она приняла правильное решение, оказав помощь комиссии из Попечительского совета.
За ужином Филиус оповестил остальных деканов школы о том, что ему надо согласовать с ними отдельные моменты по учебному процессу. Такое не было редкостью, поэтому никто из педагогического коллектива, кого не касалась его просьба, не обратил на нее особого внимания. Для решения вопросов устроились, как обычно, в кабинете МакГонагалл – он располагался ближе всего к Большому залу. Амбридж, естественно, тоже пришла на импровизированное собрание. Когда приглашенные услышали о планах Долорес по разоблачению торговцев товарами из «Зонко», все без оговорок согласились с необходимостью проверить сведения, пусть и сомнительные ввиду способа их получения. Минерва, пылая праведным негодованием на дерзких нарушителей школьных правил, предложила пригласить тех учащихся, которых подслушала Амбридж, и расспросить их со всей строгостью. Однако Северус быстро остудил ее пыл, заявив, что таким способом они ничего не добьются, так как не пойманные на «месте преступления» студенты сразу заявят, что ни о чем подобном не знают. Пока Долорес гадала, как ей донести до Минервы и Помоны свою мысль о том, что Дамблдору пока не нужно рассказывать об их планах, Спраут сама предложила:
– Я вот только подумала… Не следует извещать Альбуса о наших попытках поймать распространителей магических приколов, – когда все с интересом прислушались к ее словам, Помона пояснила: – Это, возможно, непрофессионально с моей стороны, но я не могу забыть, как он потакал мистеру Смиту, оправдывая его действия. Вы ведь все догадываетесь, что занятия тех ребят, вероятнее всего, не были тайной для Альбуса. И он не предпринял никаких действий, чтобы… В общем – вы поняли. Учитывая любовь Альбуса ко всякого рода розыгрышам и шуткам, я абсолютно уверена, что он попытается нам помешать. Ведь это не ему приходится следить, чтобы ученики не покалечили друг друга этими волшебными штучками, – последняя фраза прозвучала как крик души и заставила Минерву согласиться с предложенным, несмотря на то, что она как заместитель директора считала неуместным утаивать от Дамблдора хоть что-то, касавшееся студентов.
***
Лишь на третью ночь ловушка, придуманная Амбридж, сработала и активировала сигнальные чары…
На этот раз настала очередь Анджелины Джонсон идти за товаром, который принесут Фред и Джордж – Ли Джордан бегал к ним «на свидание» в прошлый раз. В последнее время те чаще всего ограничивались одной доставкой в неделю, накануне предупреждая о своем посещении Хогвартса. Как они говорили – бегать по ночам из-за одной петарды им надоело, а заказов после зимних каникул и в самом деле стало меньше. Видимо, новизна неограниченной доступности приколов из «Зонко» слегка притупилась. Так что у студентов несколько поумерилось желание тратить деньги на пустяки. Хотя в этот день, насколько было известно Анджелине, близнецы собирались принести заказы для всех четырех факультетов, потому что в записке о назначении встречи просили оповестить и остальных своих помощников.
Повернув из-за угла в нужный коридор, Джонсон не удивилась, увидев на другой его стороне Эрнеста Макмиллана, которого друзья называли Эрни. Тот что-то увлеченно рассматривал у себя под ногами. Анджелина сделала всего несколько шагов до того, как поняла, что ей сложно двигаться – казалось, будто ей приходилось волочить за собой тяжелые гири или же она шла по топкому болоту. Стоило остановиться всего на секунду, стараясь разобраться, что происходит, как ей и вовсе не удалось оторвать подошву ботинок от каменных плит пола.
– Это не приклеивающие чары, – в ночной тишине тихий голос Эрнеста был отчетливо слышен. Он заметил, что Анджелина пыталась освободиться обычным Фините, и решил поделиться собственным горьким опытом. – Избавиться от башмаков тоже не выйдет – заклинание действует именно на ноги. Я уже в этом убедился. Похоже, это какая-то ловушка.
– Почему ты меня сразу не остановил? – раздраженно поинтересовалась Джонсон, выразительно мотнув головой за спину, указывая, что она успела пройти не меньше семи ярдов до того, как застрять в чьем-то хитром колдовстве.
– Прости, я не заметил, как ты появилась, а потом было поздно, – повинился Макмиллан со вздохом и вдруг закричал, забыв, что ночью в коридорах лучше не шуметь, если не желаешь неприятностей: – Эдди, стой!
