– Спасибо за заботу, директор. Я сейчас же вызову своего адвоката и буду вести все разговоры в его присутствии, – пообещал Гарри, направляясь к камину и намекая, что стоит поскорее снять с него чары запрета. Он не рассчитывал, что сегодня придется идти в Министерство, однако ему уже хотелось покончить со всеми официальными расспросами. У него и без этого имелось чем заняться и о чем подумать.
– Вот и правильно, – только и сказал Дамблдор, взмахом волшебной палочки снимая защиту. – Я оставлю камин подключенным к кабинету Скримджера, чтобы ты смог без проблем вернуться в школу. Ты же говорил, что нужно избегать риска с аппарацией, – Альбус не стал заострять внимание на своей осведомленности о том, что для него нет ничего удивительного в умении Поттера аппарировать.
– Спасибо, – Гарри бросил дымолетный порошок себе под ноги и отправился в Министерство Магии, планируя срочно написать сообщения Северусу и Тому, чтобы один не переживал из-за его задержки на беседе, а второй безотлагательно послал адвоката в кабинет Скримджера и был готов помочь при необходимости. Поттер, как он и заявил Дамблдору, не собирался общаться с представителями законности без своего юриста – слишком уж щекотливым выглядело его положение, и нельзя было довести дело до использования Веритасерума.
***
Как только магическое пламя в камине опало, Дамблдор засуетился. Ему очень хотелось бы пойти в Министерство вместе с Поттером, но он не рискнул напроситься в компанию исключительно из-за того, что опасался – вдруг прямо сегодня от него потребуют привести Люпина. Оставаясь в Хогвартсе, он хоть мог отговориться тем, что ему некогда отлучаться из школы в последние дни учебного года, тем самым выиграв для себя день-другой – пускай сами разыскивают своего подозреваемого. Однако дело все равно не терпело отлагательства, и Дамблдор послал очередного патронуса, снова приказывая Ремусу немедленно явиться в директорский кабинет. Ожидая реакции на свое распоряжение, Альбус начеркал пару строк Шеклболту, давая тому указание выяснить, чем закончится встреча Поттера и Скримджера, и отмечая время, когда он будет ждать отчет о полученных сведениях в штабе Ордена. Заколдовав записку от любопытных глаз и наложив на нее чары самоуничтожения по прочтении, Дамблдор призвал сову и отправил послание Кингсли.
Прошло минут десять после ухода Поттера, когда в комнате проявился на видимом уровне серебристый сгусток магии – патронус. В первое мгновение Дамблдор подумал, что это пришел ответ от Люпина, но уже в следующий миг он опознал своего феникса. Тот присел на край стола и повторил все слово в слово, что ему было велено передать Ремусу. Это говорило лишь об одном – патронус не нашел адресата.
– Он убился, что ли? Так хоть адрес оставил бы, чтобы я мог представить Аврорату его хладный труп! – негодующе отреагировал Альбус. – И что мне делать? – он довольно проворно для своего возраста пробежал к окну и невидящим взглядом уставился на раскинувшийся перед ним вид – день выдался солнечным и жарким. Несколько минут Дамблдор активно раздумывал над создавшейся ситуацией, отыскивая для себя выход. – Это очередное доказательство – нельзя оборотням давать равные права с волшебниками! Зверьми были, зверьми и остаются, сколько не прикармливай их с рук. Стоп! Мало ли, почему патронус его не нашел, Блэка тоже так не отыщешь, – Альбус возвратился к столу и принялся за написание письма, в котором клятвенно заверял Ремуса, что ему ничего не грозит, ссылаясь на статью в «Пророке», где Волдеморт взял на себя ответственность за уничтожение Грюма.
Через полчаса отправленная с посланием сова вернулась, так и не доставив его Люпину. Такой поворот событий неимоверно усложнял положение Дамблдора, и он отчетливо это понимал. Теперь следовало подготовиться к большим неприятностям, которые, скорее всего, не заставят себя ждать. Альбус достал чистый пергамент и начал составлять список возможных санкций, которые ему угрожали, и сразу же продумывал способы свести предстоящие потери к минимуму.
========== Глава 99 ==========
Фенрир Грейбек никогда не делал особенного секрета из того, где обосновалась его стая, но и не рассказывал об этом каждому встречному. Чужаков здесь не любили и не приветствовали вмешательство в дела своей общины со стороны, хотя все равно старались по отношению к волшебникам и остальным разумным существам держаться достаточно терпимо. Законов магического мира они не нарушали, на магглов не кидались, полнолуния проводили в абсолютно диких местах, полностью исключавших случайные жертвы. Дисциплина среди оборотней поддерживалась безукоризненно, поэтому им не было нужды переживать из-за возможных гонений или еще каких-нибудь санкций от Министерства. Люпин, как один из обращенных вожаком стаи, знал, где искать сородичей, он даже пару раз бывал в их поселке ранее, но это не гарантировало ему доброго расположения со стороны жителей, считавших его отступником и предателем своей сущности.
