– Нет. Не так, – Гарри забавлялся растерянностью на лице Драко. – Лили Поттер – моя мать. Ее имя вышито на гобелене рода Поттер.
– В таком случае – как ты можешь быть наследником Гриндевальдов, тем более из разряда значимых, раз тебе доступен их гобелен? Это невозможно, – Драко сдался и перестал самостоятельно строить предположения.
– Возможно, если… – Гарри не успел закончить фразу, Рон его перебил:
– Если ты – сын троих родителей. А Геллерт Гриндевальд – твой отец. Не зря же ты хочешь его отыскать. Я угадал?
– Да, это так, – Гарри не спешил с объяснениями, давая друзьям время свыкнуться с новостью.
– Говорят, что у Мерлина тоже было трое родителей, – Драко так внимательно всматривался в лицо Гарри, словно искал там фамильные черты Гриндевальдов.
– Говорят, – Гарри не стал рассказывать, что это так и было, но несколько иначе, чем у него самого. Делиться сведениями, полученными от Госпожи, он не собирался, желая избежать лишних вопросов.
– Как случилось, что у тебя трое родителей? Я, конечно, понимаю – Магия и все такое. Но Гриндевальд уже пятьдесят лет заточен в тюрьме. Даже удивительно, что он еще жив, как утверждают гоблины, а уж представить, чтобы он… ну… в общем, поспособствовал твоему рождению. Это не укладывается у меня в голове, – Рон, несмотря на свою удачную догадку, все же не мог пока осознать ее реальность.
– Признанная родом кража крови? – Драко оказался весьма прозорливым. – Скорее всего, у Поттеров был подходящий материал для проведения обряда. Правда, любопытно, как они его достали? Рон прав – Гриндевальд ведь в тюрьме.
– Похоже на то, но подробности знают лишь сам Геллерт и Магия. Меня вот поражает… Вы так спокойно строите предположения, и вас вообще не тревожит, что я – сын Темного Лорда? Настоящего Темного Лорда, – уточнил Гарри, в душе радуясь, что судьба подарила ему столь преданных друзей. К тому же и без объяснений было видно, что их не волнует, чей он сын.
– А что это меняет? Ты – это ты. Мы с тобой несколько лет знакомы. Разве что-то изменилось из-за того, что мы выяснили, кто твой отец? – Драко пожал плечами. – Нам больше интересно, как ухитрились обрядом связать троих, чтобы они стали твоими родителями? Я не слышал о существовании подобных ритуалов.
– Планировали, что я буду сыном Джеймса Поттера и Геллерта Гриндевальда, – заметив вопросительный взгляд Драко, Гарри все же немного пояснил: – Материал для обряда хранился у моей бабки, урожденной Блэк. Ее отец когда-то был возлюбленным Геллерта. Других подробностей у меня нет, – он развел руками. – Вот отыщу своего отца – у него и спросите.
– Ты собираешься освободить его из Нурменгарда? Я думал, ты только хочешь отыскать, где это находится. Ну… и, может, поговорить с ним, если получится, – Рон был озадачен, но страха перед замыслом Поттера не проявлял.
– Честно говоря, я еще не знаю, как поступлю, когда доберусь до него. Ты прав, я собирался лишь поговорить с ним, но если появится возможность, то… – Гарри замолчал. Он догадывался, что Геллерт – далеко не добрый волшебник, но почему-то надеялся, что он уже не опасен для магического мира.
– Но он единственный твой живой родитель, – понимающе кивнул Драко. – Ты так и не сказал, как так вышло, что их у тебя трое.
– Спросите об этом у Магии, – Гарри светло улыбнулся, как и всегда, когда вспоминал о Госпоже. – Был проведен обычный обряд. Но Магия признала и Лили Поттер моей законной матерью. Видимо, потому что все трое моих родителей, кроме всего, являлись носителями наследия Певереллов.
– Ты и их наследник? – прозорливо поинтересовался Драко.
– Да, я наследник Тома, – тепло, разлившееся в душе после упоминания о партнере, вызвало волну приятных эмоций, которые не ушли от внимания Рона, только загадочно хмыкнувшего. Но его реакцию можно было отнести и на счет откровенности Гарри.
– Так-так-так. Значит, ты, как и Мерлин, рожден от троих родителей. Ты обладаешь весьма незаурядными способностями, – принялся подводить итог Драко, а Гарри лишь подумал: «Знали бы вы, насколько незаурядными!» – И твой отец – Темный Лорд Гриндевальд, которого когда-то победил Дамблдор. О! А наш «уважаемый» директор в курсе этого факта?
– Нет. Полагаю, он не знает, хотя ему известно, что я обрядовый. Поттеры держали в секрете, кто мои родители, по вполне объяснимым причинам. Ссориться с Гриндевальдами, а тем более отдавать меня им, они не собирались. Да и Дамблдор раньше цеплялся ко мне, желая узнать, кто мой второй отец – ритуал ведь чаще всего проводят, когда оба родителя мужчины, – пояснил Гарри, магией потушив огонь. – Надеюсь, предупреждать нет необходимости? – он все же решил подстраховаться.
– Мы ни с кем не будем обсуждать этот вопрос, – заверил Драко, а Рон подтвердил выразительным кивком.
– С Томом и Северусом ограничений нет, – уточнил Поттер. – Они уже давно об этом знают. Так же, как и Сириус. А теперь и вы, – он улыбнулся. Ему казалось, что с каждой раскрытой друзьям тайной он становился ближе к ним.
– А Гермиона? Ты ей тоже расскажешь? – спросил Рон, готовясь сесть на метлу.
