– Я же объяснял тебе в самом начале, у нас с тобой единая цель – сделать магический мир лучше… путем его тотального контроля. И она не совпадает с намерениями ортодоксов, готовых лизать зад Фаджу. А то, что тупые недоумки обманывали сами себя и неправильно поняли, к чему я призывал, не моя вина, – презрительно ответил Дамблдор.
– Ты прав – им всем необходим контроль. Жесткий и беспощадный, – глаза Барти маниакально заблестели, что заставило Альбуса собраться. Он уже успел стать свидетелем, как легко тот выходил из себя, срываясь на боевиках. – Такой же, что я установил над своими Упивающимися.
Это заявление заинтриговало Дамблдора, который терялся в догадках, почему соратники предпочитали терпеть боль от магических побоев и Круцио, в которых Барти стал виртуозом, вместо того, чтобы банально сбежать.
– О да, в твоем войске отличная дисциплина. Я даже не представляю, как это тебе удалось. Расскажи, – потребовал Альбус, не особо надеясь услышать что-либо сверхъестественное. Но он просчитался, осознав собственную ошибку после первых же слов Крауча.
– Это заслуга моей замечательной метки, – любовно поглаживая предплечье, пояснил тот. В следующие полчаса Дамблдор узнал о том, что Барти в свое время утаил от него, описывая знак, являвшийся управляющим артефактом. Пусть и не таким, как то кольцо, которым Альбус подчинил себе Барти, но тоже с весьма впечатляющими функциями. – Я и передать тебе не могу, как это приятно, когда в тебя почти постоянно вливается чужая сила. Мне лишь нужно призвать кого-то из них или вообще просто проверить их местонахождение, активируя конкретную линию связи, – хвастался Барти, а Дамблдор уже лихорадочно прикидывал, как бы и ему подключиться к этому благодатному источнику.
К сожалению, из-за особенностей метки, повиновавшейся только своему создателю, у Альбуса не имелось возможности добраться до Упивающихся напрямую, чтобы на расстоянии причинять им боль, удерживая в узде, но зато существовало достаточное количество способов отобрать магическую энергию у любого волшебника. Оставалось выбрать тот, что не даст сильно навредить Барти, которому предстояло превратиться в своеобразную батарейку, снабжающую Альбуса магической силой.
***
Постепенно число волшебников, заступавшихся за доброе имя Дамблдора, становилось все меньше и меньше. Некоторым элементарно надоело спорить, и они решили дождаться того славного момента, когда смогут торжествующе воскликнуть: «Мы были правы!» Другие же исподволь теряли веру в великого светлого волшебника, осознавая, что сфальсифицировать данные о стольких преступлениях, приписываемых одному человеку, просто нереально. А после третьей публикации, в которой прозвучало утверждение о том, что Дамблдор тесно связан с Упивающимися Смертью, нападавшими на мирных граждан, как их вдохновитель и организатор, даже самые горластые любители повозмущаться замолчали, не рискуя публично поддерживать его. Теперь каждый законопослушный маг был рад любому заверению администрации Министерства о том, что ситуация находится под надежным контролем. Среди населения поползли слухи, что грядут тяжелые времена, а война уже стоит на пороге их мира. Не нужно было объяснять, что всех волновал факт возможного присоединения к Упивающимся столь сильного колдуна, как Дамблдор. Школа авроров по требованию активистов открыла курсы для всех желавших повысить личные навыки в боевых заклятиях. Домохозяйки запасались продуктами и всем необходимым, чтобы пореже покидать свои жилища. Магическая Британия ожидала перемен.
***
Альбус рвал и метал, когда прочел о том, что его связь с Упивающимися раскрыта. В статье не было ни слова о Барти, как о «возрожденном» Волдеморте, зато перечислялись такие детали, о которых знали только трое, не считая самого Альбуса. Всплыли, без ссылки на конкретное имя, данные о похищении им заключенного из Азкабана. Отыскались раскаявшиеся свидетели того, что через несколько дней после посещения узника Дамблдором в камере был обнаружен мертвый маггл вместо волшебника. Скитер растрезвонила на весь магический мир и о том, какое задание получил незаконно освобожденный из тюрьмы колдун – изучение и создание метки, подобной тем, какими пользовались ортодоксы. В статье присутствовало и упоминание о визуальном различии этих знаков, прежде всего – по цвету рисунка.
Напрашивался однозначный вывод – Регулус жив-здоров, и он без зазрения совести сдал их аврорам. Первым под руку Дамблдору попал Питер, обвиненный в недостаточном усердии по психологической обработке Блэка.
– Я же дал тебе такое простое задание – регулярно и убедительно напоминать этому инфантильному недоумку, что в нем неимоверно нуждаются. Но и это оказалось для тебя непосильной задачей. Вот теперь любуйся своим именем в газетной передовице! Или тебе льстит, что о тебе пишут в прессе, да еще и ставят чуть ли не на одну планку со мной, называя самым важным Упивающимся Смертью и правой рукой Предводителя?
