Недостаточно внимания уделяли мы обеспечению стыков между соединениями и их флангов. Между тем враг почти никогда не лез в лобовую атаку, а, как правило, применял обходные маневры и проводил операции на окружение. Это обстоятельство приобретало особое значение в лесисто-болотистой местности, где необстрелянные части все время тянулись к дорогам и избегали лесов. Наконец, жизнь показала, что при обороне на широком фронте с одноэшелонным построением войск совершенно необходимо иметь значительные резервы. Их целесообразно располагать несколько ближе к переднему краю, чем в обычных условиях, преимущественно возле узлов сообщения, в населенных пунктах, возле удобных для маршрутов дефиле и желательно не в одном месте.
Оборона, которая не рассчитана на победу, беспредметна и не нужна. И в обороне нужно добиваться превосходства над противником, но создается оно совсем иначе, чем в наступлении. Здесь понадобиться, пожалуй, еще больше умения в маневрировании силами и средствами.
9 июля /1943 г./ – пятый день вражеского наступления можно считать последним днем ожесточенных попыток врага прорвать нашу оборону. Уже 10 и 11 июля стало ясно, что оборонительное сражение советские войска выиграли!
Положительно сказалась длительная и тщательная подготовка наших войск, хорошо оборудованная в инженерном отношении глубоко эшелонированная оборона, большое количество танков, артиллерии и авиации, привлеченных к ее обеспечению… маневр и взаимодействие в ходе самого сражения, хорошо организованная разведка и, наконец, гибкое управление войсками командирами всех степеней.
Особо надо отметить своевременный, быстрый и широкий маневр артиллерийскими частями. Полагаю, что это имело очень важное, если не решающее значение. Маневр осуществлялся смело и решительно, используя высокую мобильность артиллерийских частей, особенно противотанковых, и хорошо организованную связь во всех звеньях управления ими.
В поисках наиболее уязвимого места в нашей обороне немецко-фашистское командование неоднократно меняло направления своих массированных танковых ударов, но каждый раз мы своевременно создавали на новом направлении надежный артиллерийский заслон. Как это осуществлялось? Мы располагали значительными артиллерийскими средствами. Их было достаточно для отражения первых танковых ударов, но мало для создания непреодолимого барьера на всем широком фронте вражеского наступления.
Чтобы надежно удержать занимаемые позиции при многократных атаках стальных вражеских армад на тех или иных направлениях, требовалось усиливать их артиллерией. В выполнении такой ответственной задачи могло быть два решения: либо использовать артиллерийские части фронтового резерва, либо осуществлять гибкий маневр артиллерийскими частями, уже действующими в боевых порядках войск.
Второе решение было во всех отношениях более сложным, но могло быть выполненным при условии хорошо организованной разведки, обеспечении устойчивой связи и высокой маневренности артиллерийских частей. И все же, несмотря на такую сложность, мы приняли именно это решение. При всех трудностях оно было очень выгодным в оперативном отношении. Поясню эту мысль.
Даже будучи твердо уверенным в успехе оборонительного сражения, нельзя предвидеть все возможные изменения обстановки. Поэтому надо было сохранить части фронтового противотанкового резерва до самого крайнего случая…
За первые шесть дней боев согласно распоряжению фронтового командования широкий маневр осуществил тридцать один полк, столько же полков – по приказу командующего 13-й армией. Большинство артиллерийских бригад и отдельных полков за это время по два-три раза перебрасывались с одного фланга армии на другой или в центр ее полосы…
Часто совершали тактические маневры на поле боя и артиллерийские части, входившие в состав стрелковых корпусов и дивизий, а также части артиллерийского корпуса и артиллерийских дивизий. Многие из них перебрасывались на новые участки ночью, чтобы к рассвету следующего дня успеть развернуться в новых районах. Нельзя забывать и о том, что все эти передвижения, а тем более развертывание частей в боевой порядок в большинстве случаев производились под воздействием вражеской авиации, артиллерийского и нередко пулеметного огня. Нередко артиллерийские полки вынуждены были вступать в бой с вражескими танками прямо с марша.
При недостаточном количестве противотанковых средств в полосе обороны 38-й армии не могло не быть слабо прикрытых участков. Нащупав хотя бы один из них, противник вводил в бой крупные массы танков и авиации, которые являлись его ударной силой. Как правило, возникала угроза охвата флангов. Чтобы не попасть в окружение, наши части были вынуждены отступать.
Хочу… подчеркнуть, что это было прежде всего результатом принадлежавшего противнику огромного превосходства в силах и средствах. Но существовало еще одно обстоятельство, дававшее себя знать в тактическом отношении. Это – недостатки в ведении оборонительных боев частями, соединениями и армией в целом…