Для обеспечения успеха должны быть решены две основные задачи: нарушить устойчивость противника и развить успех. Первая задача выполняется до нанесения удара, вторая – после нанесения удара. Сам удар по сравнению с этими двумя задачами является довольно несложным актом. Вы не сможете нанести противнику эффективный удар, если сначала не создадите для этого благоприятные условия. Вы не сможете довести этот удар до решающего результата, если не используете вторую благоприятную возможность, которая появится прежде, чем противник сможет прийти в себя…
Сосредоточение усилий на отработке тактических приемов затеняет значение психологического элемента. Войска приучаются действовать по шаблону, вместо того чтобы применять внезапные действия. Командиры настолько боятся допустить какую-нибудь ошибку в своих действиях нарушить уставные положения, что забывают о необходимости заставить противника сделать неправильный шаг. Вследствие этого их планы успеха не имели. Ведь именно серьезные ошибки, допускаемые в ходе войны, очень часто оказывают решающее влияние.
Иногда командир, избегнув очевидного, находит в неожиданном ключ к решению задачи, если счастье ему не изменило. Счастье нельзя отделить от войны, так как сама война составляет часть жизни. Неожиданные действия не могут гарантировать успех. Однако они гарантируют лучшие шансы на успех.
В будущих войнах высшие командиры и отличие от их предшественников будут стремиться достигать решающих результатов скорее всего движением, а не сражениями.
Хотя значение успеха решающего сражения не исчезает и шансы к этому с появлением новых подвижных средств возрастают, все же само сражение не будет иметь старой традиционной формы. Оно станет более похожим на естественное завершение стратегического маневра.
Мы должны стараться всеми средствами помешать противнику действовать в соответствии с основными принципами войны, с другой – приложить все усилия к тому, чтобы дать нашим войскам возможность использовать эти принципы и тем самым облегчить достижение наших целей…
Принципу внезапности надо противопоставить непрерывную деятельность различных разведывательных органов; принципу целеустремленности – тактические отвлекающие атаки, а также стратегического, психологического порядка; принципу экономии сил – нападение на линии коммуникации и склады в тылу, что бы сковать тем самым силы противника и заставить его распылять их; принципу взаимодействия – удар по линиям управления; принципу сосредоточения – отвлекающее атаки и действия авиации с целью расчленить силы противника; принципу обеспечения безопасности – все вышеуказанные мероприятия и ряд других, о которых будет сказано ниже; принципу наступательного духа – наступательный дух; принципу подвижности – уничтожение линий коммуникаций.
Время фронтальных тактических наступлений уходит в область преданий, на смену приходит искусство тактики, главная задача которого заключается в наступлении во фланг и тыл противника.
Применение непрямых действий в стратегии… гораздо шире и сложнее, чем в тактике. Для того чтобы использовать в своих целях принципы войны и опираться при этом на стратегические непрямые действия, дабы решить исход боя в свою пользу еще до его начала, необходимо осуществить следующие три задачи:
а) перерезать линии коммуникации противника, что бы воспрепятствовать подходу резервов;
б) преградить противнику пути отступления, подорвав таким образом его волю к сопротивлению и подавляя его моральное состояние;
в) нанести удар по органам управления противника, лишив тем самым командование возможности управлять своими войсками.
Нарушение линий коммуникаций и блокирование путей отступления сказываются тем быстрее, чем короче расстояние от места проведения этих действий до главных сил противника. Иначе говоря, при нанесении удара по ближайшим тылам противника эффект от этого сказывается быстрее; при ударе по глубокому тылу противника эффект будет значительно сильнее.
Анализируя операцию на перевале Митла, мы должны проводить различие между просчетами или ошибками и нарушением приказов. Я в ярости из-за того, что они решили атаковать в нарушение моего приказа, но я понимаю их. Прошло всего восемь лет с тех пор, как во время войны за независимость я командовал батальоном коммандос на джипах, и могу себе представить ситуацию, когда бы я принял решение о захвате выгодной для моего подразделения тактической позиции наперекор указаниям генштаба. Я считаю, любой командир может поступить подобным образом из самых лучших побуждений, будучи уверенным, что офицеры штаба, которых отделяют от зоны боев многие километры, не слишком хорошо представляют себе обстановку, и что только он, находясь на месте, способен верно оценить положение и принять правильное решение…