При планировании прорыва сильно укрепленных позиций в густонаселенной местности, дающей возможность противнику быстро приспособить для обороны многочисленные каменные здания, войскам необходимо предоставить дополнительное время для лучшей отработки вопросов взаимодействия, подготовки штурмовых подразделений и организации тщательной разведки на всю глубину обороны противника, с тем чтобы в процессе боев избежать неожиданностей, могущих повлиять на успех наступления…
Опыт показал, что основной тактической единицей для действий в густонаселенной местности и при прорыве системы долговременных сооружений является стрелковый батальон, специально оснащенный, вооруженный и обученный для штурмовых действий и имеющий в своем составе штурмовые группы. Эффективно и целесообразно при этом усиление таких групп химиками с огнеметами и дымовыми шашками, особенно успешно действующими при блокировке долговременных сооружений и приспособленных к обороне каменных зданий.
В условиях густонаселенной местности, при наличии домов-дотов действия наступающих по своему характеру подобны тактике прорыва сильно укрепленной обороны противника. Взаимодействуя, штурмовые группы последовательно овладевают опорными пунктами, расположенными на небольшом расстоянии друг от друга, одновременно блокируют взаимосвязанные огнем доты и захватывают их, что сразу же нарушает огневую устойчивость вражеской обороны.
При этом важно, чтобы штурмовые группы поддерживались огнем орудий прямой наводки с различных направлений. Атакующие подразделения под прикрытием огня прямой наводкой и поддерживающей артиллерии овладевают траншеями или ходами сообщения, соединяющими доты и ведущими в подвалы и другие укрытия, и этим лишают противника возможности маневрировать. Вполне возможен, а в ряде случае и обязателен маневр штурмовыми группами с использованием успеха соседа.
В Харькове обосновались… три армейских штаба со всеми своими частями обслуживания. Кроме того, 40-я армия ввела в город три стрелковые дивизии, 69-я армия вступила сюда четырьмя стрелковыми дивизиями и одной стрелковой бригадой, 3-я танковая – двумя танковыми корпусами и двумя стрелковыми дивизиями.
Ничего хорошего это не сулило. И если первая половина дня 16 февраля /1943 года/ прошла относительно спокойно, то, очевидно, лишь потому, что высшие немецкие штабы не успели еще «переварить» потерю Харькова, боевая авиация противника завершала перебазирование. Но уже к обеденной поре над городом стали появляться неприятельские бомбардировщики. Нанося удары по некоторым центральным улицам, а следовательно, по войскам и технике, разместившимся здесь. Надо было уходить из города, и как можно быстрее. Место войск, освободивших город – в поле.
Я держусь того мнения, что с военной точки зрения Берлин не надо было штурмовать. Конечно, были и политические соображения, соперничество с союзниками, да и торопились салютовать. Но город достаточно было взять в кольцо, и он сам сдался бы через неделю-другую… А на штурме, в самый канун победы, в уличных боях мы положили не меньше ста тысяч солдат.
Во время уличных боев гибко действовала наша разведка. Основной метод – разведка мелкими группами, которые шли в боевых порядках наступающей пехоты, пробирались по занятым врагом улицам, проникали на крыши высоких зданий и по радио передавали данные о противнике, вскрывали систему вражеских укреплений.
Весь руководящий состав армии и корпусов находился в частях, на НП командиров дивизий, на НП командиров полков. С врагом в городе нужно было расправиться быстро, а для этого необходима была оперативная помощь комдивам и командирам полков, когда они не могли управиться имеющимися у них силами.
Не использовать танковые соединения против городов. Наибольший эффект от них – в открытом поле при внезапном и массированном использовании.
Если мне случится воевать еще где-нибудь, я введу правило, чтобы никакие гражданские транспортные средства, начиная от лошадей и заканчивая автомобилями, даже не появлялись на главных дорогах, и, если потребуется, прикажу убивать животных и уничтожать телеги и машины. Я поступал таким образом на Сицилии, а пресса, которая ни черта не могла понять, ругала меня из-за нескольких сброшенных с мостов ослов, совершенно не обращая внимания на то, что подобная жестокость помогла нам взять Палермо за один день и ценою очень невысоких потерь.
Оказаться втянутым в уличные бои – всегда не в пользу наступающего, но особенно пагубно это было для армии, основное преимущество которой заключалось в маневренности.