В пределах поставленной задачи каждый начальник должен проявлять максимальную самостоятельность, смелость и изобретательность. И в пределах своей задачи у каждого начальника столько забот по управлению подчиненными, что на этом деле и должна сосредоточиваться вся его инициатива и изобретательность. Однако каждый такой начальник должен хорошо знать не только свою, но и высшую общую задачу и следить за общей обстановкой, чтобы в случае непредвиденной потери всякой связи со старшим начальником, иметь возможность самостоятельно принять решение, наиболее соответствующее обстановке.
«Твердое» управление своими войсками далеко не всегда означает действительное управление боем. Зачастую «твердое» управление становится даже в противоречие с процессом боя. Те начальники, которые хотели бы «твердо», «на вожжах» управлять всем своим боевым порядком, в период прорывания или преследования фактически сдержали бы наступление и дезорганизовали бы свой успех.
«Жду распоряжений», а по существу «бездействую» – было действительным бичом наших действий… Самодеятельность, частный почин – это не исключение, а правило, без которого нельзя осуществить планового общего руководства.
Нет смысла централизовать управление больше, чем войсковой командир может это практически осуществить. Перецентрализация означает практически бездействие, ибо старший начальник не может претворять в жизнь того, что хочет, а младший зацентрализован и ждет распоряжений.
Мы порой, не подумав о последствиях, выхватываем командира из боевой обстановки в тот самый момент, когда ему предстоит принять ответственное и, быть может, совершенно неотложное решение, а он вынужден уехать, так и не приняв его и не доведя замысел до исполнителей. Я доложу товарищу Сталину о целесообразности строго запретить старшим начальникам вызывать командиров соединений в боевой обстановке.
Я не имею времени, чтобы подробно остановиться на ночных действиях, но обращаю ваше внимание, что это очень важный вопрос. Война будущего, с точки зрения авиационного воздействия, артиллерийского воздействия, использования танков, во многом будет не похожа на эту войну. Я глубоко уверен, что основные действия будут перемещены на ночь. Новые достижения в области военной техники, включая сюда и атомную бомбу, заставят прекратить главные операции днем. Действия должны будут быть перенесены на ночь, а поэтому мы должны очень серьезно работать над приборами ночного наблюдения. В этой области у нас имеются уже неплохие достижения.
К ночным действиям нужно готовить войска, штабы и нашу технику. Наши бойцы, командиры и штабы до дивизии включительно должны в основном жить, воевать и работать ночью. Сделать так, чтобы ночь для них была днем, а день ночью.
Плох тот командир, который не извлекает уроков из каждого боя. Уроки, полученные под Халхин-Голом, были в высшей степени поучительными. Они свидетельствовали о том, что мы до сих пор довольно упрощенно рассматривали маневренный характер современной войны. Бои и сражения стали стремительными и скоротечными. Новая техника требовала большой гибкости, искусного маневра, а главное – непрерывного, ни на один момент не нарушаемого взаимодействия пехоты, танков и артиллерии.
Одной из особенностей маневренной войны является стремление наступающего обойти противника с флангов, взять его в окружение. Это еще плохо получалось у наших войск. А в обороне то и дело проявлялась склонность к линейному построению войск, и это делало ее маломаневренной, недостаточно гибкой и поэтому не всегда надежной…
Искусством маневра должны овладевать все – от полководца до красноармейца. А нам артиллеристам, надо еще много и много учиться, чтобы умело организовать непрерывную артиллерийскую поддержку пехоты, танков на всю глубину боя и операции.
Мы с начальником штаба жили боевой обстановкой и постоянно знали, что делается на фронте, каковы планы и намерения наших командармов, что собирается предпринять противник и каков он в данное время. Помимо постоянной связи с командармами, начальник штаба фронта дважды – утром и к вечеру – докладывал мне обо всех изменениях, которые имели место на фронте и в группировке противника. Эти доклады были лаконичны. Иногда я прерывал доклад словами: «знаю», «мне уже известно», потому что общение с командующими армиями и родами войск, членами военных советов, заместителем по тылу позволяли получать информацию быстро, от первоисточника…
На войне точность и объективность требовались самой обстановкой, потому что за всякую ложь приходилось расплачиваться кровью солдат.
Руководство боевыми действиями – это прежде всего вдохновение, и именно оно, кроме всего прочего, требуется командиру перед принятием самых сложных решений.