— Дальний, подруга, дальний зарубеж. Федеративная республика Германия открыла свои границы для русских красавиц, коей ты у нас и являешься, — закончила Инна.
— Инна, я ничего не понимаю. Объясни толком, что за ФРГ и какие такие красавицы понадобились Германии, что у них своих красавиц нету?
— Настюха, ты что совсем дура, — выдохнула на неё трубка, — ты в какой стране живёшь? Ты что не видишь, что здесь происходит? Нормальный человек денег заработать не может, бандиты одни нормально живут.
— Инночка, Инночка, — попыталась успокоить подругу Настя, — я же не против, но объясни всё по порядку.
— Объясняю для совсем тупых, — Инна сделала выдох в трубку, как перед началом разговора с ребёнком, приставшим с вопросом кто сильнее кит или слон, — один друг моего ненаглядного недавно вернулся из Москвы и открыл здесь у нас свою фирму. Какое то модельное агенство. Так вот это его агенство набирает девочек для работы за границей.
— И что делать? — перебила Настя.
— Для начала не перебивать, — ответила Инна, — так вот, им нужны наши русские красавицы, что бы затмить там всех на фиг своей красотой.
— И как же это должно происходить? — снова спросила Настя.
— Ну, ты не перестаёшь меня удивлять, подруга. Оденут тебя в какую — нибудь непонятку от Шанель или от Ёп, и будешь шлындать по дорожке перед дядьками богатыми туды сюды жопкой вилять. Понятно?
— Ну, в общем то понятно, только я то тут причём? — Настю занимал и веселил этот разговор.
— Как причём? Поедешь защищать имя нашего славного города.
— Иннуль, ну с какой стати я туда поеду, о чём ты говоришь?
— Значит так, Настюха, встречаемся завтра у института в 15.00 и идём в эту контору. Поверь мне можно будет кучу бабок заработать. С твоими данными любое агенство будет за тебя биться.
На следующий день подруги встретились и направились в это модельное агенство. Увидив Настю хозяева (2 парня лет по 30–32) начали на перебой сулить ей быструю карьеру.
— Девушка, — говорили они, — с вашими данными, вы покорите весь этот западный мир. Там ведь нет нормальных девок, все скелеты обтянутые кожей. А что на самом деле глаз радует, а? Да, да, девушки с красивыми формами, где есть на что посмотреть. А вы, ну, просто созданы, что бы на вас смотрели и любовались. С нашей стороны мы гарантируем хорошие заработки, проживание ну и тд.
Настю заинтересовало это предложение. Всё вроде бы выглядело прилично. Денег было предложено столько, что с лихвой хватило бы на операцию и осталось бы кое что ещё… … но Настя всё таки попросила день на раздумье. Вечером она навестила маму в больнице и рассказала ей про это предложение поработать в германии и заработать деньги на операцию.
— А не боишься, девочка моя? — спросила мама, выслушав Настю, — всё таки заграница, никого своих. А случиться что, что будешь делать?
— Не бойся, мамуля, — утешала маму Настя, — я ведь в Германию еду, по немецки говорю хорошо, немцы цивилизованные люди, да и если не понравиться что, всегда смогу вернуться обратно. Да и визу открывают пока всего на 2 месяца, так что прорвёмся.
Через три недели, получив все документы, Настя покинула свой город в направлении Москвы, откуда прямым рейсом улетела в Германию покарять западный мир мод.
Германия встретила её не очень радушно. Декабрь 1999 года был мрачный и дождливый….
Следователь прокуратуры района Шарлотенбург города Берлин Фрау Шмидт готовилась к проведению своей маленькой операции. Она была, конечно, знакома с оперативной работай: подготовкой и проведением, но всё из отчётов оперативников — крипо. Сама же она никогда не участвовала в подобных мероприятиях. Цель её операции заключалась в следующем: вступить в контакт с «Шустрым» и завербовать его. Операция никем не была ссанкционированна, поэтому проводилась в строжайшей секретности. Знал про неё только один человек — следователь прокуратуры Фр. Шмидт. — Если проколюсь, — думала она, — то всегда можно будет сказать, что присутствовал личный интерес. Никто, правда, не поверит, да, покакать нам на всех, — думала она. Из оперативных данных, следачка знала где и как можно выйти на «Шустрого»: его контакты, места отдыха и тд.
Выбрала она Фитнес, где занимался «Шустрый». — Ну, не на «Калинку» же я попрось, — думала она, — интересно, конечно, столько про неё слышала, а побывать не удавалось, да и лето скоро, надо готовить фигуру к пляжному сезону. «Шустрый» любил бывать по субботам на этой дискотеке, но там его было бы тяжело достать. Да и посетители этого заведения не поняли бы, что там делает немка, да ещё не молодая. Поэтому выбрала она фитнес, где и рассчитывала вступить с ним в контак. По данным наружки, его время было с 16.00 до 17.30, понедельник, среда и пятница.
— Да, уж, — думала следачка, — дисциплинированный мальчик. Всегда во время приходит и уходит.
