Золотистая ткань ярко блестела на солнце. Зеленым, украшенным темными листьями платком, который Дэрек подарил матери в честь своей первой зарплаты, Вера тоже долго любовалась.
— Дэрек, — она достала светло-желтый платок с узором из черных перьев, — мне неловко это брать.
— Почему? Мама жива. Я не предложил бы тебе вещи умершей, — поспешно заверил он.
Вера хотела ответить, но внизу раздались удары тростью, и девушка осеклась.
— Я сейчас вернусь, — пообещал Дэрек. — Там ещё десятка два должно быть. Выбери, какие понравятся.
Натуральный шелк ласкал пальцы. Природные узоры, нанесенные вручную, напоминали спилы камней или переплетение ветвей растений, а еще программы о Японии и глупую детскую мечту обзавестись настоящим кимоно. Жаль только, что на само кимоно мне пришлось бы копить года три, а ведь его на голое тело не надеть, нужен еще десяток аксессуаров. А тут мне предложили на выбор драгоценные шелка в невообразимом количестве!
Наверное, хорошо, что Дэрека позвал отец. Я не выставила себя нищебродкой, которая дорогих вещей раньше не носила и не имела. Чуть ведь не ляпнула, что перспектива терпеть взгляды и перешептывания местных лучше страха порвать или испачкать шелк. Это же не платки. Это произведения искусства!
Собравшись с мыслями, выбрала зеленый с темными листьями. Красивый, богатый, но сдержанный узор показался мне наиболее приятным. Достаточно большой платок аккуратно повязала на пояс, закрепив за петельки сбоку. Судя по отражению в зеркальце, юбка с запахом получилась оригинальная, но достаточно длинная, чтобы обмануть взгляд случайного прохожего.
— Не слишком ярко? — спросила я поднявшегося на чердак Дэрека.
Он отрицательно покачал головой.
— Нет, Вера, не слишком. Получилось лучше, чем я ожидал. Хотя удивлен, что ты выбрала этот. Помнится, там много более ярких.
— Этот моей женской интуиции понравился больше других, — я пожала плечами и заявила: — В нем я готова покорять город, как бы он ни назывался.
— Ауркас, город называется Ауркас, — Дэрек жестом пригласил спускаться. — Он довольно древний, ему чуть больше трех тысяч лет.
— Прозвучало так, будто есть более старые города.
— Есть. Эвлонт очень древний мир, — он подал мне руку, заметив, что я правой подбираю шарф-юбку, а не держусь за перила. — Нашему государству, Туртасу, больше шести тысяч лет, но если спросишь о столице, то я тебе скажу, что столица — Ауркас. Житель юга назовет Дарах, на западе искренне заблуждаются, считая столицей Корс.
Так, кажется, тут все сложней, чем «Ландан из зе кэпитал оф грейт Британ».
— Ты подводишь меня к мысли, что драконье государство — совокупность феодов, а короля или иного правителя нет как такового? — осторожно опираясь на теплую ладонь мужчины, я внимательно смотрела под ноги.
— В принципе ты верно поняла, — в его голосе явственно слышалось одобрение. — Драконы — собственники, к чужой власти над собой относятся без восторга. А уж если есть магия, доступ к своему источнику, то деньги точно появятся. Значит, и до личного небольшого королевства недалеко.
Воображение нарисовало дракона, возлежащего на горе золотых, но тут же трансформировало ящера в Кощея Бессмертного. Тоже, как и местные драконы, любитель золота, юных дев, обладатель собственной армии и царства. Наверняка тангорцы, которых Дэрек упоминал, рассказывали о жизни в Эвлонте. Неужели истоки образа отсюда? Неожиданно правдоподобное объяснение!
— Прежде чем мы выйдем в город, нужно защитить тебя «поводком», — тихо сказал маг, когда мы спустились в прихожую. — Пойдем на кухню, это самое подходящее место для наложения подобных чар.
— Почему?
Какое удивительное место для волшебства! Книги, игры и фильмы надежно связали в моем сознании магию с походами, чудовищами или пыльными кабинетами в высоких башнях. Но не с кухней.
— Потому что там объединяются все стихии. Огонь в печи, металл самой печи, дымоход, в котором есть тяга, что, по сути, является ветром, ну и вода тоже есть. К тому же на кухне я провожу больше всего времени, когда я дома. Так что это место ещё и на мою энергетику настроено. Сильней настроен только кабинет на работе.
— А ты кем работаешь? — не скрывая любопытства, спросила я, послушно встав на указанное Дэреком место недалеко от печки.
— Я алхимик стражи, — скупо ответил маг.
Тему он явно не спешил развивать. Неужели думал, что я первого в своей жизни всамделишнего настоящего волшебника не расспрошу пристрастно?
— И чем ты занимаешься на работе?
— Раскрываю преступления. Я же стражник особого отдела, — опять сухой ответ.
— И как алхимики помогают раскрывать преступления?
Мою настырность вознаградили долгим оценивающим взглядом.
— Я ценю твои попытки завести разговор, но не нужно изображать интерес там, где его нет, — мрачно ответил Дэрек. — Девушку не могут интересовать убийства и проклятия. Это слишком грязно и кроваво.
