– Жалко! – сказал он, внимательно вглядываясь в сплошную гороховую стену перед собой. – Жалко, что сейчас! – пояснил он, поймав недоумевающий взгляд инспектора. – Ещё б месяц-полтора и горох высох бы! Тогда подожгли б его с четырёх сторон и дело в шляпе!
– Какая ж это охота?! – поморщился комиссар. – И на кой чёрт мне были бы тогда прокопченные остатки этой твари, вместо полноценного трофея!
– Да и гороха жалко! – добавил инспектор. – С этого поля, да при нынешних погодных условиях – мешков сто, как минимум…
– Горох всё равно вытопчем! – махнул рукой егерь. – А вот насчёт трофея: это я как-то не подумал!
– Ладно! – сказал комиссар. – Подискутировали и хватит! Пора начинать!
– Слушаюсь!
Егерь махнул рукой загонщикам и они, разделившись на две примерно равные группы, принялись обходить гороховый участок справа и слева, причём, с каждой из групп загонщиков отправился охотник из числа мутантов. Вот они все исчезли из вида… благо, участок с горохом был не слишком обширным, а на соседних с ним произрастали винные дыни, фиолетовая морковь и другие не слишком высокорослые сельскохозяйственные культуры. В общем, всё благоприятствовало успешной охоте, и шансов уйти незамеченной у самки богомола не было ни малейших.
Время шло, а загонщики всё не начинали и не начинали…
«Ну, что ж они так медлят?! – невольно подумалось инспектору… охотничий азарт дяди невольно передался и ему. – Давайте же, начинайте!»
И, точно расслышав это его мысленное распоряжение, впереди послышались приглушённые расстоянием пронзительные крики загонщиков и охотники, насторожившись, внимательно к ним прислушивались. Вот крики стали более отчётливыми… а потом раздался пронзительный, полный боли и муки вопль слева. Впрочем, он почти сразу же оборвался…
– Там! – выкрикнул егерь, и охотники, вскинув арбалеты, ринулись в сторону оборвавшегося этого предсмертного вопля.
– Ну, а мы чего ждём?! – крикнул комиссар, бросаясь вслед за загонщиками. И инспектору ничего другого не оставалось, как последовать за ним.
Пробираться сквозь почти сплошные гороховые заросли было не так и просто, так что, пока дядя с племянником добежали до места происшествия, всё там уже завершилось. Богомол, длинная и узкая тварь ядовито-зелёного цвета, неподвижно возлежал на земле, весь утыканный стрелами, и только страшные передние конечности его ещё содрогались в последних предсмертных конвульсиях. Правая из этих конечностей была густо обрызгана кровью, а неподалёку валялся кто-то из загонщиков. Без головы.
Ещё один загонщик получил, кажется, довольно тяжёлое ранение в живот. Во всяком случае, он сидел, сгорбившись и держась обеими руками за низ живота, а между пальцами у него густо сочились тёмные струйки крови.
– Что ж меня не дождались? – досадливо, но без особой злости осведомился комиссар у егеря, опуская арбалет. – Просил же повременить!
Ничего на это не отвечая, егерь лишь виновато развёл руками, а комиссар, подойдя поближе, принялся внимательно осматривать богомола.
– А наговорили, наговорили! – бурчал он при этом вполголоса. – Три метра… даже более трёх! Да тут и двух с половиной не будет… недомерок какой-то, а не богомол! Вот уж воистину, у страха глаза велики!
Потом он перевёл взгляд на истекающего кровью мутанта.
– Ну, что рты разинули?! – крикнул он, обращаясь к остальным загонщикам, сгрудившимся чуть в стороне. – Ваш же собрат ранен… помогите ему!
По толпе мутантов прошло некое волнение, перешёптывание, но никто из них даже с места не сдвинулся.
– Вы что, не поняли? – наливаясь кровью, рявкнул инспектор.
– Так, это… – подал голос кто-то из мутантов, – бесполезно это ему уже! Живот распорот, кишки наружу вылезли… с такими ранениями не выживают…
– Не рассуждать! – вторично рявкнул инспектор. – Уроды вонючие!
– Тише, тише! – комиссар подошёл вплотную к племяннику, обнял его за плечи. – Отставить! – тут же крикнул он… и несколько мутантов, метнувшихся, было, к раненому, тут же воротились на прежнее место.
– Просто они правы, – прошептал комиссар, перехватив непонимающе-удивлённый взгляд инспектора. – Видишь, он уже доходит?
Раненый мутант и в самом деле, кажется, доживал самые последние мгновения своей жизни. Осунувшись на бок, он бессильно раскинул в стороны окровавленные руки и инспектора едва не стошнило при виде целого клубка дымящихся сизых кишок, вывалившихся из распоротого живота. Сплюнув, он отвернулся.
А дядя уже измерял добычу и вид у него был более чем разочарованный.
– И что, этого недомерка в мою коллекцию? – пробормотал он задумчиво. – Или всё же взять, как думаешь, Самюэль?
Инспектор не думал никак. Что-то беспокоило его, не давая сосредоточиться, вот только что?
Может, то, что комиссар, сам того не желая, как бы «подставил» инспектора, отменив отданное им распоряжение? Да нет, ерунда всё это… да и не было никакой «подставы»! Что же тогда так беспокоит, хотелось бы знать? Гибель двух мутантов-загонщиков? Так они всегда гибнут на таких охотах… пускай ещё скажут спасибо, что так дёшево отделались! Подумаешь, два трупа… и до десяти бывало… правда, это когда богомол крупный…
