Я подаюсь вперед и провожу руками по лицу. Упираюсь локтями в колени и смотрю вниз. Одинокая слеза выкатывается у меня из глаза и падает на пол.
— А что, если с ней не все в порядке? — шепотом спрашиваю я.
Кэп тоже наклоняется.
Я поворачиваюсь к нему и впервые за те двадцать четыре года, что мы знакомы, вижу у него на глазах слезы.
— Тогда, наверное, все останется по‑прежнему. Ты так и будешь считать, что не имеешь права на нормальную жизнь, потому что испортил жизнь ей. Так и будешь избегать всего, что способно пробудить в тебе чувства. — Кэп наклоняется и понижает голос: — Знаю, страшно встретить прошлое лицом к лицу. Всем страшно. Но иногда мы делаем это не ради себя, а ради тех, кого любим больше нас самих.
— Брэд! — кричу я, поспешно вытирая руки. — В дверь звонят!
— Уже иду, — отвечает он, проходя через кухню.
Я быстро оглядываюсь по сторонам — хочу быть уверена, что мама не найдет ничего, к чему можно придраться. Стол чистый. Пол чистый.
Вперед, мама.
— Подождите здесь, — произносит Брэд.
Подождите здесь?
Маме Брэд такого никогда бы не сказал.
— Рейчел, — говорит он с порога кухни.
Я оборачиваюсь и тут же напрягаюсь. Нечасто это выражение появляется на его лице. Только когда он готовится сказать мне что‑то болезненное или такое, что я не хочу слышать.
«Мама…» — со страхом думаю я.
— Брэд, что случилось?
Я опираюсь на стол. Меня охватывает знакомый ужас, который раньше жил и дышал во мне постоянно, но теперь накатывает лишь изредка.
Как, например, сейчас, когда муж боится сказать мне что‑то, по его мнению, страшное.
— К тебе пришли.
Кто же мог вызвать у Брэда такое беспокойство?
— Кто пришел?
Он медленно подходит и прижимает ладони к моим щекам. Заглядывает мне в глаза, словно пытается придать мне сил перед ударом.
— Майлз.
Я не шевелюсь, не падаю, но муж все равно обнимает меня.
— Зачем он здесь?..
Мой голос дрожит.
— Не знаю, — Брэд отстраняется и смотрит в лицо. — Хочешь, попрошу его уйти?
Я быстро качаю головой. Я не могу поступить так с Майлзом, если он проделал путь до самого Феникса, чтобы меня увидеть.
После стольких лет…
— Если тебе нужно время, могу пока проводить его в гостиную.
Я не стою этого мужчины. Понятия не имею, что бы я без него делала. Брэду известно о нас с Майлзом. Известно, через что мы оба прошли. Я не сразу смогла ему рассказать, но теперь он знает все и, тем не менее, готов пригласить к нам в дом единственного мужчину, кроме него самого, которого я любила.
— Все хорошо, — говорю я, хотя это не так.
Сама не знаю, хочу ли видеть Майлза. Даже представить себе не могу, зачем он приехал.
— С тобой тоже?
Брэд кивает.
— У него расстроенный вид. Думаю, тебе лучше с ним поговорить. — Муж наклоняется и целует меня в лоб. — Он ждет в прихожей. Если понадоблюсь, я у себя в кабинете.
Я целую его в губы. Крепко‑крепко.
Брэд уходит, а я остаюсь стоять посреди кухни. Сердце так и стучит в груди. Делаю глубокий вдох, но не могу успокоиться. Оглаживаю рубашку и иду в прихожую.
Майлз стоит ко мне спиной. Слышит мои шаги и смотрит через плечо, словно ему так же страшно обернуться, как мне — его увидеть.
Он разворачивается медленно и осторожно, и наши глаза встречаются.
За эти шесть лет он совершенно переменился и в то же время не переменился совсем. Передо мной все тот же Майлз, но теперь это уже мужчина. Хотела бы я знать, что видит он, глядя на меня впервые с тех пор, как я от него ушла.
— Привет, — осторожно произносит Майлз.
Голос у него тоже другой. Взрослый.
— Привет.
Майлз отводит глаза и осматривает прихожую. Исследует мой дом. Дом, в котором я никак не ожидала его увидеть. Минуту, если не две, мы молчим и не двигаемся.
— Рейчел, я… Я сам не знаю, зачем приехал.
Зато я знаю.
Вижу по глазам. За то время, что мы были вместе, я прекрасно изучила эти глаза.
Я знала все его мысли. Все его настроения. Майлз никогда не умел скрывать своих чувств, настолько они были сильны.
Он приехал, потому что ему что‑то нужно. Не понимаю, что именно.
Получить ответ на какой‑то вопрос? Поставить точку? В любом случае хорошо, что он ждал так долго, потому что теперь я наконец‑то готова ему помочь.
— Рада тебя видеть.
Наши голоса звучат тихо и робко. Как‑то нелепо встретить хорошо знакомого человека при совершенно других обстоятельствах.
Я любила его. Любила всем сердцем. Так же сильно, как теперь люблю Брэда.
А еще я его ненавидела.
— Проходи, — жестом приглашаю Майлза в гостиную. — Давай поговорим.
Майлз делает два неуверенных шага. Тогда я прохожу вперед, а он следует за мной.
Мы присаживаемся на диван. Майлз даже не пробует устроиться поудобнее: опускается на самый краешек и ставит локти на колени. Он вновь смотрит по сторонам, изучает мое жилище. Мою жизнь.
— Ты смелый.
Майлз поднимает на меня глаза и ждет продолжения.
— Я тоже думала об этом. Думала о том, чтобы снова с тобой увидеться, но… не могла.
— Почему? — быстро спрашивает он.
— По той же причине, что и ты. Нам нечего друг другу сказать.
