— Вы, вероятно, ошиблись. Это совершенно бессмысленно. Не могу поверить… — конечно, Леопард, или вернее Бомон, точно знал, где найти… — Бренди!
Она хлопнула себя рукой по лбу.
— Он знал, где находится бренди. Он определенно бывал здесь прежде. Я должна была сразу это заметить.
Девушка была в ярости.
— Томас вёл себя так, словно они никогда не встречались.
— Вероятно, моя дорогая, — мягко сказал Пеннингтон. — Ключевая фраза здесь «вёл себя».
— Неужели правда? — Она хотела закричать от досады. — Как я могла так легко попасться? Как могла поверить во всю эту чепуху? «Овладеть вами» — ха!
Мужчины неловко переглянулись.
— Из них получилась удивительно убедительная пара: барсук в леопардовой шкуре и… и…
— Крыса? — предположил Беркли.
— Точно! Крыса. Мерзкая, подлая крыса. Но зачем? — Она снова начала ходить, пытаясь во всём разобраться. — Зачем они — зачем Томас — на такое пошёл?
Марианна развернулась к ним.
— Говорите, видели его выходящим от Кадуоллендера?
— Это и привело нас сюда, — ответил Беркли.
— Ну, конечно, — простонала она. — Тогда он знает, что именно я писала эти «Приключения». Готова биться об заклад, он хотел преподать мне урок. — Ее глаза сузились. — Он обожает уроки.
— И, без сомнения, хотел также вас остановить, — Пеннингтон внимательно глядел на нее. — Не могу сказать, что осуждаю его. Чем дольше печатаются эти истории, тем вероятнее, что кто–то узнает настоящую личность автора. И лорда Б. Скандал был бы…
— Чудовищным, — Марианна раздраженно вздохнула. — Я знаю. И признаю, что устроила кавардак. — Хотя… Подойдя к столу, она схватила юридические бумаги и протянула их Пеннингтону. — А это что такое?
Пеннингтон изучил документы.
— Похоже на своего рода деловое соглашение. Вероятно, Хелмсли вложил деньги в предприятие Кадуоллендера. — Пеннингтон тихо присвистнул. — Очень много денег. Принимая это во внимание, — он встретился взглядом с девушкой, — остается только гадать, почему он не заставил Кадуоллендера перестать печатать ваши произведения? Определенно, у него был финансовый рычаг.
— Для этого он слишком умен. Он отлично понимает, учитывая успех «Приключений», что я могла бы легко продать их другой газете. Вероятно, таким образом он за мной присматривал. — Она посмотрела на Пеннингтона. — Когда…
Пеннингтон взглянул на документы.
— Подписано примерно три недели назад. — Он посмотрел на Марианну. — Это имеет значение?
— О, в самом деле имеет. Это очень важно.
Три недели назад совпадали с вечерним приемом у вдовы и участившимися попытками Томаса заставить ее выйти замуж. Сомневаться не приходилось, усилия его были вызваны открытием ее авторства и желанием избежать скандала.
И ничем иным.
А чем же тогда были сегодняшние слова? Были ли они частью пьесы, которую он разыграл со своим другом? Еще одной попыткой научить ее какому–то нелепому уроку?
— Миледи? — голос Пеннингтона вернул девушку в реальность. Она встретила его обеспокоенный взгляд. — С вами все в порядке?
— Все хорошо, — Марианна глубоко вздохнула и расправила плечи. — Вы знаете, где находится Ньюкомбский холм?
Беркли кивнул.
— Это прямо к северу от города.
— Не будете ли вы так любезны проводить меня туда?
— Зачем? Единственная причина, по которой туда отправляются, это… — Беркли поморщился. — Ох.
— Как я понимаю, там над фарсом Хелмсли опустится финальный занавес? — Пеннингтон внимательно посмотрел на Марианну. — Я прав?
— Вы правы, милорд. Я сильно подозреваю, что меня там ждут. Все–таки, какой может быть заключительный акт без всех участников? Это должно быть чрезвычайно интересно.
Она одарила мужчин самой ослепительной улыбкой, несмотря на бушевавший внутри неё гнев. И боль.
— К тому же, какое же окончание фарса без сюрприза в финале?
— Думаю, все прошло хорошо, — улыбнулся Томас. — Несмотря на тот факт, что я ждал её крика о помощи, чтобы войти.
— Подозреваю, она не из тех женщин, что зовут на помощь, судя по тому, как она меня ударила, — пробормотал Рэнд. — Ты и словом не обмолвился о том, что она может меня ударить.
