Построить мосты через Двину, Ижму и Печору – это для мостостроителя задача вроде бы и не особо сложная. Да, интересная – поскольку тут уже пятидесятиметровым пролетом не отделаешься, но и особых сложностей не предполагающая. Однако предложенный канцлером (чисто умозрительно, конечно) способ установки мостовых опор без кессонов – это следовало очень хорошо обдумать. Просчитать. И, скорее всего, опробовать в новом проекте. Обязательно опробовать!
И вовсе даже не потому, что канцлер сказал, что "если не получится, то выстроим рядом по-старому" и пообещал никаких наказаний не накладывать или даже неудовольствия не выражать. Что понятно, он же и сам инженер не из последних, ему тоже интересно посмотреть что получится… Но ведь если получится, то можно будет столько новых мостов поставить даже там, где прежде никто и не брался!
Так что будет чем заняться, причем приступать к занятию можно прямо сейчас. И с этой мыслью Лавр Дмитриевич отвернулся от окна, открыл большую записную книжку и углубился в расчеты.
Камилла, которой я в лицах и красках пересказал беседу с британским послом, слегка улыбнулась, а затем спросила:
– Ты думаешь, что британцы испугаются?
– Конечно же нет. Но они растеряются, как растерялся Гардинг, попытаются проверить рассказанное мной. Потеряют минимум полтора месяца, а то и больше.
– А тебе это зачем?
– Видишь ли, я же на самом-то деле знаю, что было в той ноте. Они ее слишком громко обсуждали, и до меня эхо донеслось, спасибо Евгению Алексеевичу… Британцы, резко недовольные результатом войны, предложили вернуть Японии Йессо с выплатой ущерба за сожженные города, а в противном случае пообещали блокировать все суда под флагом России. Фактически – это форма войны, а тут у них как бы возникает шанс эту войну и проиграть, причем позорно проиграть.
– То есть ты их все же решил взять на испуг.
– Да нет же! Слова – они слова и есть, британцы все же не идиоты, словами их не испугать. Но их очень смутило другое: я ведь действительно разбираю на металл новейшие японские броненосцы и крейсера. Причем начал-то именно с самых новых, вдобавок британской же постройки и совершенно неповрежденных. То есть они видят, что мне эти бронированные монстры на самом деле не нужны, и это их теперь заставит задуматься. Сообразить, что у России просто нет денег на их содержание и что мне сейчас на самом деле простые рельсы важнее – это как раз они не смогут, ведь вроде бы ясно, что если тот же крейсер даже продать, то на вырученные деньги можно рельсов закупить много больше, чем получится из кораблей.
– А кстати, почему бы их действительно не продать? У нас что, денег избыток?
– Ну, начнем с того, что наплыва покупателей я не вижу. Может быть, получится парочку продать куда-то в Южную Америку, с большой скидкой, те же миноносцы тоже могут кому-нибудь пригодиться, если совсем дешево отдавать. Но большинство кораблей никто не купит, а то, что мы их продаём, испортит легенду о бесполезности флота. Вот и выходит, что в виде металла от кораблей пользы больше, ведь на их переплавке и прокатке мы не только рельсы получаем, а ещё и обучаем людей. Сейчас в Хинганске на рельсопрокатном рабочих вчетверо больше необходимого, но весной, когда будет достроен завод в Череповце, у нас будут готовы люди, которые умеют работать на американском прокатном стане. А миноносцы… металла с них кот наплакал, но машины пригодятся для судов уже грузовых, а нам на Восток много чего возить придется.
– А по рельсам возить?
– Вот и я про это же говорю. Худосочные пока нынешние рельсы, новые ставить надо – а их сначала нужно сделать. Кстати, Стишинский пообещал для тебя серы возить сколько угодно, но опять-таки кораблями. Так что можешь думать, где тебе будет удобнее завод по выделке кислоты ставить неподалеку от порта какого-нибудь. Сейчас солдатики на Итурупе уже поселок ставить начали, а через месяц и продукция пойдет: надо же каторжанам где-то работать, пользу людям наносить – почему бы не там?
– Спасибо. Но мне кажется, с каторжанами ты все же погорячился. Нет, я читала протоколы их допросов, на самом деле там половину просто вешать надо – но вчера вот Анна Петровна в новостях говорила, какие гадости про тебя в Америке пишут… кстати, тебе не кажется, что иностранцы задумаются, как мы здесь, в Поволжье, новости из Америки узнаем через час?
– Так они уже знают, что по телефону. Только не знают, по чьему, и долго еще знать не будут.
С телефонами получилось очень неплохо. Изя Голдберг, он же Изяслав Михайлович Золотарев – самый молодой из когорты новых миллиардеров – занялся не только торговлей чужими товарами. Довольно быстро смекнув, что мои телефоны с номеронабирателем будут хорошо и с выгодой продаваться только если будет много автоматических телефонных станций, он с головой окунулся в этот бизнес. Что было просто – патент-то на АТС и импульсный номеронабиратель я купил вместе с заводом.
