Ей уже было почти тридцать лет. Красивая темноволосая женщина, жизнерадостная и дружелюбная, она всегда пользовалась успехом у мужчин, но никогда не отвечала на ухаживания. Ей нужно было заниматься семьей. «Вот когда разберусь с этим, тогда и подумаю о замужестве», – с веселым смехом говорила она очередному ухажеру. И никто на нее никогда не обижался, поскольку она пресекала ухаживания раньше, чем отношения успевали принять серьезный характер.
Роз отправилась к брату Джеральду, доброму маленькому человечку, о котором Лэдди всегда отзывался с большой симпатией.
– А, Роз! – приветствовал ее монах. – Только, пожалуйста, не смотри на меня такими глазами. Лэдди – отличный парень, но, к сожалению, в голове у бедняги всего две извилины, да и те работают со скрипом.
В лицо Роз бросилась краска возмущения.
– Вероятно, вы чего-то не поняли, брат Джеральд, – начала она. – Лэдди очень хочет учиться и старается изо всех сил. Может, он не очень хорошо справляется потому, что класс слишком велик?
– Он может читать, только если водит пальцем по строчкам, да и то с трудом.
– Это просто привычка. От нее можно избавиться.
– Я пытаюсь отучить его от этой привычки уже десять лет, а воз и ныне там.
– И все же это еще не конец света. Лэдди пока не провалил ни одного экзамена, ни одной контрольной работы. Он ведь получит аттестат, правда?
Брат Джеральд открыл было рот, вознамерившись что-то сказать, но затем передумал.
– Нет уж, брат Джеральд, говорите, коли начали, прошу вас! Ведь мы с вами не станем ссориться, мы оба желаем Лэдди только добра.
– Послушайте, Роз, Лэдди никогда не завалил ни одного экзамена лишь потому, что он никогда их не сдавал и ни разу не писал контрольных работ. Я бы ни за что не позволил себе унизить его таким образом – ведь он вечно плелся бы в хвосте у всех своих одноклассников. Зачем подвергать мальчика такому испытанию!
– А что же делает Лэдди, когда все остальные ученики выполняют контрольные работы?
– Я даю ему разные поручения. Он славный парень, на него можно положиться.
– Какие поручения, брат Джеральд?
– Да самые разные. Перенести коробки с книгами, развести огонь в камине в учительской комнате, сходить на почту и отправить письма.
– Выходит, я плачу деньги не за то, что моего брата учат, а за то, что он работает в качестве прислуги у монастырской братии? Так получается?
– Роз Бирн! – В глазах монаха стояли слезы. – Перестаньте выворачивать все наизнанку. Да и о каких деньгах вы говорите? Всего несколько фунтов в год! Лэдди у нас хорошо, и вы это прекрасно знаете. Мы делаем для него все, что в наших силах. Не может быть и речи о том, чтобы заставлять его сдавать экзамены на аттестат зрелости, и вы должны это понимать. У мальчика задержка в развитии, вот что я пытаюсь вам втолковать.
– Как же мне теперь быть, брат Джеральд? Ведь я надеялась, что Лэдди поступит в сельскохозяйственный колледж, выучится агрономии, будет работать на ферме.
– Это за пределами его возможностей, Роз. Даже если бы Лэдди поступил в колледж, что совершенно нереально, он все равно ничему бы не смог научиться.
– Но как же тогда он будет управлять фермой?
– Он не будет управлять фермой. Фермой будете управлять вы. И вы всегда это знали.
Нет, она не знала этого. По крайней мере, до сегодняшнего дня.
Домой Роз шла с тяжелым сердцем. Шей Нейл вилами сгребал в кучу навоз. Он приветствовал ее своим обычным сдержанным кивком. Траппер, старая собака брата, радостно залаяла, и через секунду в дверях появился сам Лэдди.
– Ну что, – опасливо спросил он, – брат Джеральд жаловался на меня?
– Он сказал, что ты – самый хороший мальчик в школе.
Сама того не замечая, Роз заговорила с братом как с малышом, сюсюкая и пришепетывая. Спохватившись, она одернула себя. Однако Лэдди ничего не заметил. Его широкое лицо расплылось в улыбке.
– Правда? Он так сказал?
– Да, он сказал, что ты здорово умеешь разводить огонь в камине, переносить ящики с книгами и выполнять разные поручения. – Роз постаралась умерить горечь, звучавшую в ее словах.
– Да, он не всякому доверяет, а вот мне – полностью! – с гордостью произнес Лэдди.
– Знаешь, Лэдди, у меня что-то голова разболелась. Не мог бы ты сделать чая и принести его мне в комнату? И еще – бутерброды. А потом приготовь чай для Шея, хорошо?
– Ага, я сделаю тебе бутерброды с ветчиной и помидорами, ладно?
– Отлично, Лэдди, это будет здорово!
Роз поднялась в свою комнату и легла на кровать. Как же она раньше не замечала его заторможенности? Наверное, это вообще свойственно родителям – не видеть в своих детях никаких недостатков? Впрочем, теперь это уже не важно. Она никогда не выйдет замуж. Она обречена жить со своим умственно отсталым братом и мрачным батраком. У нее нет будущего, и отныне все ее дни будут похожи один на другой. Жизнь утратила свет и краски.
Каждую неделю Роз посылала письмо какой-нибудь из сестер, сообщая новости о Лэдди, об их жизни на ферме. Теперь ей было трудно писать им. Знают ли они, что их брат – неполноценный? Если да, то понятно, откуда их похвалы и благодарность!
