Спустя полчаса, стучась в кабинет физики, Рита надеялась на одно – что Игорь Сергеевич уже ушел домой, и ей не придется объяснять ему, что они с ребятами придумали на День Учителя. По дороге сюда она была готова вернуться, догнать Афанасьеву и поменяться с ней учителями. В обществе физрука Семена Юрьевича Зуевой дышалось бы легче.
Но правила есть правила, и поэтому, занося руку над дверями, Рита верила в чудо. Но его, как часто бывает, не произошло.
– Рита, – со странным облегчением в голосе произнес Игорь Сергеевич, впуская ее в кабинет.
Он запер дверь на ключ и вернулся к своему столу, заваленному горой тетрадей. Учитель впервые на памяти Риты выглядел уставшим и то и дело заносил руку за голову, взъерошивая собственные волосы.
– Хочешь чая? – немного рассеянно спросил Игорь Сергеевич, взглянув на Риту.
Она покачала головой, отказываясь.
– Я пришла по делу, – сказала Зуева, – но вы очень заняты, поэтому я подойду позже. Завтра после уроков вы будете свободны?
Игорь Сергеевич откинулся на спинку стула и сказал с улыбкой на лице:
– А я вот согласился выпить с тобой чай, когда ты меня позвала.
Воспоминания о том неловком дне заставили Риту потупить взгляд. Щеки ее вспыхнули, и она все-таки мысленно отругала себя за то, что все-таки не поменялась с Афанасьевой.
– Рита, – позвал ее учитель, и девушка подняла глаза, – пожалуйста, выпей со мной чаю.
И она сдалась, медленно кивнув. Игорь Сергеевич достал откуда-то из недр своего стола темно-зеленую чашку, налил в нее кипятка и поставил рядом с собой.
– Присаживайся, – мягко произнес он.
Рита медленно опустилась на стул, стоящий у стола – обычно сюда садились должники, а Игорь Сергеевич устраивал им допрос с пристрастием. Пить чай в кабинете физики вместе с учителем было странно и неловко, и девушка надеялась только на то, что не выльет обжигающий напиток на себя и не скажет какой-нибудь ерунды.
Игорь Сергеевич же с любопытством смотрел на то, как Рита сделала осторожный глоток и, сморщив носик, спросила:
– Бергамот?
– А ты забыла?
– Точно, – вспомнила Рита, отставляя чашку в сторону. – Какая гадость!
Игорь Сергеевич пару секунд молчал, а затем громко засмеялся, чем поразил Риту. Его низкий смех завораживал – хотелось, чтобы учитель не останавливался. Отдышавшись, физик спросил:
– Тебе совсем не понравился чай с бергамотом?
Рита покачала головой, снова морщась.
– Это невежливо с моей стороны, но…
– Забудь о вежливости, прошу, – Игорь Сергеевич взял чашку Риты и протянул ей. – Сделай еще один глоток и скажи, что ты чувствуешь.
Она ненавидела чай с бергамотом, но была влюблена в Игоря Сергеевича, поэтому не было ничего удивительного в том, что уже через несколько секунд Рита отпила немного из чашки. И вдруг все изменилось.
– Я чувствую… – Она запнулась. – Знаете, я хотела сказать, что чувствую горечь, но она вдруг сменилась чем-то другим.
Игорь Сергеевич кивнул, как показалось Рите, удовлетворенно. Он тоже сделал несколько глотков чая, прежде чем сказать:
– Теплом, горечь сменилась теплом. За это я и люблю именно этот чай. Он согревает меня даже в самое холодное время.
– А я зимой пью какао, – призналась Рита.
Она встретилась взглядом с учителем и впервые увидела в его сапфировых глазах грусть.
– К сожалению, холодно бывает не только зимой, – отстраненно произнес Игорь Сергеевич. – Ты о чем-то хотела поговорить?
Неожиданная смена темы подействовала на Риту, как ледяной душ. Собравшись с мыслями, она в нескольких словах поведала физику об их задумке на День Учителя. Во время этого короткого, но неожиданно для Риты, уверенного рассказа, на лице Игоря Сергеевича не промелькнуло ни одной эмоции.
И это пугало.
– Вот, как-то так, – закончила Рита.
Учитель молчал несколько минут, что-то обдумывая в своей голове, а потом поинтересовался:
– И что мы с тобой будем делать?
– В каком смысле?
– Номер. – Игорь Сергеевич внимательно посмотрел на Риту. – Какой у нас с тобой будет номер?
И Рита впервые, кажется, серьезно осознала тот факт, что им действительно придется стоять вместе на одной сцене и делать что-то сообща; что-то совсем не похожее на их обычное взаимодействие на уроках, где Зуева решала задачки, а Игорь Сергеевич проверял их, внимательно всматриваясь в тетрадь.
– Если честно, я не знаю, – призналась Рита. – Эта идея с концертом сначала казалась мне отличной, но сейчас почему-то я чувствую, что это какая-то глупость. Многие учителя уже отказались.
Игорь Сергеевич задумчиво кивнул и повернул взгляд к окну. Рита, пока он не видел, разглядывала его серьезное лицо. Физик, несомненно, был очень красив и выглядел немного моложе своих двадцати семи лет. Он совершенно по-особенному хмурился, и также по-особенному улыбался. Рите хотелось бы нормально дышать в его присутствии, на каждый раз воздух застревал в легких, вырываясь наружу рваными клочками.
– Я предлагаю вот что, – сказал Игорь Сергеевич, отвернувшись от окна. Его взгляд снова был обращен на Риту. – Подумать об этом до завтра и после уроков еще раз все обсудить. Как тебе?
– Неплохо, – отозвалась девушка. – Тогда, до завтра?
– Да, Рита, до свидания.
