— Сын? — Арт уводит отца. О чем они шепчутся, я не знаю. Нася расстроена. И тоже удаляется. А потом начинается ад. Если то, что было до этого, я считала пыткой, то теперь уверена, что готова пройти кусты и лечение еще раз сто. Тысячи, миллиарды иголок впиваются в мой разум, я вся дрожу, покрываюсь испариной, мне жарко и холодно одновременно. Я не могу говорить, губы растрескались, кровь закипает прямо на коже. Тело, везде, все раны, что были, есть или будут, вскрываются и тоже кровоточат. Арт заживляет, Глорий вытягивает из меня кровь. Натасия бегает с колбами, полными моей крови. Глор разделяет кровь, выводит что-то. Но я не отравлена! Зачем все это? Я теряю сознание. Наконец-то. Тьма. Тьма первозданная забирает меня к себе. Хорошо…
— Так дело не пойдет, Ан. — Строгий голос Глория выговаривает мне, как будто я опять его студентка и перепутала Тьму изначальную с тьмой души.
— Глор, что за нотации? Дай поспа…
— О, поняла, да?
Я пытаюсь сесть, не очень удачно. Конвульсии овладевают телом. Судороги следуют одна за другой. Лишь разум чист и ясен.
— Дай воды, пожалуйста.
Мне приподносят бокал. Делаю глоток, выплевываю.
— Что это?!
— Эльфийская кровь. Не знаю, где Арт ее раздобыл, но для тебя это спасение. Пей.
Ого. Мне даже удается сесть. Выпиваю послушно и до дна. Эльфийскую кровь не достать уже лет сто как. Первородные покинули наши земли, а запасы их магии ничтожны.
— Расскажешь, что со мной было?
— Откажусь от этой чести. Не я раскрыл и не я нашел. Пускай сын и рассказывает.
— Арт? — Он здесь, сидит в углу на какой-то хлипкой коробке.
Глорий уходит. А мне все из того же угла рассказывают нечто, что я бы сочла неудачной шуткой. Если бы память изменила мне. Но я отлично помнила боль. Колбы. Кровь. То, что раньше, — фрагменты. Пустоты много, и она множилась. Будто в зеркало смотришь, а там еще одно отражение отражения.
— Тебя опоили. Габистер Трулс, помнишь его?
— Да, мы познакомились. Вчера? Позав…когда? — Замолкаю. Арт расстроен, я это чувствую, хотя мне плохо его видно там, где он сидит. — Арт, пересядь, а? Сюда.
— К тебе? — Он поднимается. Устал. Оказывается, у него есть морщины. Не рановато ли? Он садится по привычке, или у нас так уже принято? Мне на ноги, я пинаюсь. Улыбается. Устраивается под боком. Почти домашняя идиллия. Если бы я не чувствовала себя восставшим трупом.
— Так что там с этим Трулсом?
— Тебя, как бы это сказать… Одурманили?
— Отравили?
— Так тоже можно сказать. — Морщусь. Чего он ходит вокруг да около? — Приворот. Любовная магия. Отравлена кровь. Эманации вокруг тебя сильные и сейчас. Но кровь почищена, так что пока ты вне зоны опасности. Мы тебя перенесем в комнату Ирги. Ее тут и так нет. А мне надо проверить твою комнату.
Ничего себе. Только в страшных сказках и слышала о любовной магии. Утерянные знания, запрещенные, не практикуются уже лет… давно. И я была под воздействием?
— Запах вишни. Помню запах вишни, — размышляю вслух.
— Он маг воздуха, мог отравить одеколон, но и этого мало. Позволишь?
Меня уносят. Я не сопротивляюсь. Душевное равновесие… его не было. А стало еще хуже. Поутру, за не то завтраком, не то вторым ужином (так как никто так и не ложился спать), мы разбираем все, что случилось. Дом вычищен. В моей комнате нашли не менее двух десятков любовных артефактов. Даже брошь моя, та, что с птицей и цветком, оказалась заколдованной словом. Пришлось все сжечь. Сжигал Глорий, мертвый огонь ему удается лучше всех нас. Чистить кровь мне придется еще раз. Но пару часов на отдохнуть есть. И я отдыхаю. Зачем это Трулсу? Объявился его племянник. Сестра утверждает, что он бастард короля. Это все похоже на попытку сместить власть. А я? А я совсем забыла, что я дочь герцога. И еще и без поддержки семьи. Отличное подспорье в таком деле. Приворожить, жениться, а там, прикрываясь моей семьей, организовать сам переворот. Быстро и почти без ущерба для захватчиков, и даже захваченных. Если бы не Арт.
— Спасибо, — успеваю сказать перед вторым сеансом чистки. Трулс исчез. Ни Глор, ни нанятый сыщик так и не нашли проходимца на полуострове. Может, и к лучшему. Артимий проводит второй сеанс сам. Это уже не так сложно. А я опять погружаюсь в стазис. На день, но все же. Чувствую себя спящей некрасавицей. Надо обязательно рассказать племянникам такую сказку. «Жила-была некрасавица, и погрузили ее в стазис ровно на сто лет…»
Остаток отпуска я не отходила от Глория и его семьи. Ирга появлялась, но редко. Королю становилось все хуже и хуже. Трулс пропал. Но при дворе появился его племянник. Марс Трулс, по словам Ирги, легкомысленный повеса, которого интересовали только женщины, азартные игры и вино. На поклон к якобы отцу он не явился, а сплетни по поводу отцовства короля так и остались сплетнями. Его мать Морена Трулс, в связи со сплетнями, были объявлена в розыск. Но на территории королевства ее не было. Те же слухи (то есть сплетники) утверждали, что она скрывается на Туманных островах. Но принц островов, Силвий Волк, официально отрицал ее визит.
