– Но это только в том случае, если ты действительно любишь ее и готов ради этой любви броситься головой в пропасть. – Эти слова заставили Джонатана задуматься, что сам Престон знает о таких чувствах. Престон никогда не говорил о любви. Джонатан не знал, любил ли он когда-нибудь. В том, что касалось личной жизни, его друг был закрытой книгой. – И, Джонатан, – добавил Престон, – с такой девушкой, как Клэр, существует лишь один путь – в пропасть.
Джонатан кивнул, услышав предупреждение и одновременно ободрение. Престон поддержал бы его, даже если бы он выбрал Клэр. Но Джонатан не желал разрушать жизнь Клэр, не желал играть с ней. Если он продолжит их отношения, то все должно быть открыто и честно. Это необходимо. Возможно, и к лучшему, что Престон не знал о прошлой ночи. Или о книжной лавке. Или о том, что он собирался предпринять.
Джонатан попросил принести ему чернила и бумагу, чувствуя, как к нему начинают возвращаться целеустремленность и решительность.
Престон вопросительно уставился на него, когда Джонатан принялся писать записку.
– Что ты делаешь?
Джонатан лукаво улыбнулся ему:
– Падаю в пропасть.
И все вокруг стремительно завертелось. Джонатан надеялся только, что резкое приземление не убьет его. Но будущее было скрыто пеленой неизвестности.
За последние несколько недель Джонатан превратился в неразгаданную тайну. Сесилия обрывала лепестки с цветов из букета, стоявшего на ее письменном столе. Букета, присланного Джонатаном. Она теряла его, а ведь победа была так близко. Сесилия выглянула в сад. Да, они действительно не были официально помолвлены. Ничто не связывало Джонатана с ней, кроме ее собственных ожиданий. Но ей казалось, что Джонатан и так согласен оправдать ее надежды. Он танцевал с ней, посылал цветы, прогуливался с ней на балах, сопровождал ее время от времени на светские рауты. Их приглашали в одни и те же места.
Теперь же все ее надежды пошатнулись, вселяя в нее неуверенность. А Сесилия терпеть не могла неуверенности. Она раздражала ее. Она признавалась в этом самой себе, но никогда не делилась с подругами. Никто не догадывался, что великолепная Сесилия Нотэм, главная красавица света, была не уверена в себе.
Но это была неизведанная территория. Она не привыкла волноваться. Она всегда производила впечатление невероятно уверенной в себе особы и знала себе цену. У нее всегда и на все было свое мнение. Она умела производить желаемый эффект. По крайней мере раньше. Платье цвета розового льда не оказало необходимого впечатления, как она надеялась. Джонатан сказал, что у нее красивое платье, но это не помешало ему танцевать с Клэр Велтон. Снова и снова.
Этот феномен привлек внимание светского общества. Пошли пересуды. Она слышала тихие разговоры о том, как чудесно выглядит Клэр, как эта девушка, с репутацией синего чулка, расцвела в нынешнем сезоне. Сплетники начали кивать и глубокомысленно улыбаться друг другу, с видом знатоков говоря что-то вроде «с третьего раза, видимо, повезет».
Сплетницы судачили о том, как красивое платье может преобразить девушку, но Сесилия знала, в чем дело. И хотя Клэр в последнее время действительно одевалась красиво и ее глаза сияли жизнерадостным светом, дело было вовсе не в нарядах. Клэр так расцвела только благодаря Лэшли. Без него Клэр оставалась бы все той же незаметной старой девой с кучей чудачеств, которая уже третий сезон подряд не могла найти себе мужа.
И это стало доказательством того, каким удивительным мужчиной был Джонатан, если благодаря ему смогла расцвести такая девушка, как Клэр. Не было в светском обществе более привлекательного мужчины, обладавшего самыми безупречными манерами, лучшего танцора, наездника и оратора. Такой мужчина заслуживал женщину вроде нее, его совершенную половинку. Для Сесилии это было совершенно очевидно. Однако, даже пролив шампанское на платье Клэр, Сесилия не смогла заставить Джонатана увидеть ее в неприглядном виде.
Прошлый вечер показал ей, что мало просто напоминать Джонатану о том, что она могла ему предложить. Сесилия должна продемонстрировать ему то, чего не хватало Клэр. Лучшим способом было показать ему себя и Клэр рядом, и она прекрасно знала, что для этого необходимо. Ее родители устраивали музыкальный вечер с участием известной итальянской певицы. Это был вечер для узкого круга приглашенных. Она позовет Клэр, и Джонатан воочию увидит, что они обе собой представляют. И примет логически правильное решение. Клэр не сможет превзойти Сесилию.
Сесилия принялась писать приглашение, а тем временем в ее голове зрела ужасная мысль. Если Клэр ничто без Джонатана, во что превратится она сама, если вдруг потеряет его? Ответ не давал ей покоя: она рискует превратиться в старую деву, которая три года выходит в свет, но никак не может найти мужа. В такую, как Клэр. Без перспектив. Ее рука задрожала. Капля чернил растеклась на чистом листе, и ей пришлось начать все заново. Сейчас Клэр была для нее не просто соперницей, она превратилась во врага, а врагов необходимо уничтожать.
