Что-то оно слишком часто стало звучать в моем окружении.
– Которого назначил для дочери лорд Иверсон, – пояснил Колхаун, первым выбираясь из кустов. – Так, она ушла и нам пора. Встречаться с леди Иверсон мне точно не стоит. Я лучше подожду вас в карете.
– А я?
– А вы присмотрите за братом и сестрой.
Удивительно, но с прекрасной леди Иверсон я больше не столкнулась. Наверное, так даже лучше. Не хотелось на ее фоне выглядеть еще более ущербной и глупой.
К тому же на меня абсолютно некстати нахлынули воспоминания о том, как мы с графом оказались в кустах. Как он крепко и в то же время нежно прижимал меня к себе. Каким твердым и сильным ощущалось его тело…
Я отчаянно тряхнула головой, пытаясь хоть немного прийти в себя.
Что на меня нашло? Несомненно, Колхаун был невероятным мужчиной, но не стоило забывать, что он мой опекун. Однако какие бы усилия я не прикладывала, в памяти то и дело всплывали картинки, вызывая жар во всем теле и смущение, побороть которое я не могла. Благо, Фиона и Уилл были слишком заняты, чтобы заметить мое состояние.
Результатом нашей поездки стало приобретение двух драконов. Не только Уилл обзавелся синим питомцем, но и Фи осторожно несла на руках нежное создание радужного цвета, которое назвала Сахарок.
– Джослин! Джослин! Я знаю, чем хочу заниматься! – выкрикнул брат. – Хочу быть хендлером.
– Кем? – нахмурилась я.
– Хендлером! – повторил Уилл. – Это такой специалист, который готовит дракона к выставке. Граф говорит, что проводится даже конкурс юных хендлеров. Его знакомая леди Альбина одна из лучших специалистов в своем деле. Она живет тут неподалеку. Мы можем к ней заехать и…
– На сегодня хватит приключений, – перебила я.
– Но, Джослин…
– Мы обязательно заедем к этой потрясающей леди Альбине, но в другой раз. А теперь нам пора домой. Время уже позднее.
Но сначала нам пришлось купить переноски, ошейники, поводки, всякие грызунки, игрушки и погремушки, постель, одеяло, средства для чешуи, зубов, ароматные масла, на которые у драконов нет аллергии. И огромную памятку по уходу за этими зубастыми рептилиями.
На этом сюрпризы от графа не закончились.
Буквально через пару дней после нашей поездки Колхаун удивил новым подарком. На этот раз он исполнил мечту Фионы.
– Это же… это же…
– Ты купил Фи посуду? – удивилась я, наблюдая за тем, как сестренка с восторгом рассматривает неожиданный подарок, который представлял собой чайную пару из белого фарфора с очаровательной розовой каймой, выполненной в виде крохотных сердечек.
– Луис Фарфоровый, – с придыханием прошептала она, поднимая на опекуна огромные сияющие сине-зеленые глаза. – Последняя коллекция! Она ведь еще даже в продажу не поступила! Спасибо! Спасибо! Спасибо!
Фиона, взвизгнув, бросилась к графу на шею, звонко чмокнула в щеку и тут же убежала прочь, прижимая подарок к груди. Он лишь улыбнулся в ответ, немного неловко и даже чуть смущенно, а поймав мой вопросительный взгляд, и вовсе стушевался.
– Что?
– С чего такие подарки?
– Пытаюсь быть хорошим опекуном, – пожал плечами Колхаун. – Я заметил, что она интересуется работами Луиса Тейза.
– Скорее самим мастером, – фыркнула я, пытаясь скрыть за язвительностью собственную растерянность. – Что поделаешь, Фиона сейчас в том возрасте, когда ей жизненно необходимо быть в кого-то влюбленной. А эльфы для этого подходят идеально. Все любят эльфов.
– И ты? – вдруг прищурился опекун.
– Что я? – нахмурилась я, потеряв нить разговора.
– Ты тоже была влюблена в эльфа?
– Я? С чего вы решили?
Я почувствовала, как к щекам приливает румянец.
– Ты сама только что сказала, что все любят эльфов.
– Нет, я не была влюблена в эльфа, – покачала головой, не зная, как быстрее закончить этот странный и весьма пикантный разговор.
– А в кого ты была влюблена? – продолжал допытываться Колхаун.
– С чего такой интерес к моим увлечениям?
– Просто спросил. Кроме того… – сделав театральную паузу, он достал еще одну коробочку с вензелем знаменитого мастера, – для тебя у меня тоже есть подарок. И я буду совсем не против, если ты поступишь как Фиона и поцелуешь меня в щеку.
Опекун даже постучал указательным пальцем по своей щеке, показывая, куда именно его надо поцеловать.
– Обойдемся без этого, – смущенно прошептала я, забирая у него коробочку. – Я уже выросла из того возраста, чтобы бросаться на шею графам.
– А жаль, – сверкнул сине-зелеными глазами Колхаун.
Я не поняла, шутит он или нет, а потому отступила назад и пробормотала:
– Спасибо.
– Не хочешь посмотреть, что внутри?
– Лучше я открою у себя в комнате, – продолжая пятиться в сторону лестницы, ответила я. – Еще раз спасибо, милорд.
– Оливер, – с неожиданной серьезностью попросил он. – Называй меня Оливером, Джослин.
– Я… я постараюсь… Оливер.
Как я и предполагала, в коробочке находилась чайная пара: чашка и блюдце из белоснежного фарфора, только с золотой каймой и россыпью ярких звезд на одной из сторон.
– Красиво, – вздохнула я, любуясь искусной работой мастера.
