Между нами словно на миг возникла нить - между безжалостным императором-завоевателем и молодым, чистым и невинным духом, что родился из его гнева и стремления убить врагов, и эта нить дала мне понять, что он не лжет.
Говорят, лучшие мастера магии людей могут вложить частичку своей души в свои творения - и, пусть и случайно, похоже, я сумел сделать тоже самое. И это меняло всё - ведь как можно боятся части собственной души? Того, что возможно, более ценно для любого человека, чем даже его родное дитя? Какое-то седьмое чувство, идущее изнутри, ясно давало понять - даже если рухнет сама вселенная, последнее, чего я могу оказаться среди её руин, будет мое творение.
И это было бесценно.
Я улыбнулся - искренне. Так ли удивительно, что моим лучшим творением оказалось совершенное оружие? Пожалуй, это характеризовало меня как человека определенным образом - но я не был против. Я принимал себя таким, какой я есть.
Мелайя встретила меня, в легком, пурпурном платье, легкомысленно развалившись на троне.
– Теперь это земля теней, здесь нет места живым. – передразнила меня бывшая охотница.
Я развел руками.
– Из любого правила есть исключения.
– Ты уж точно исключение из многих правил. – хмыкнула она, слезая с трона. – Визит неожиданный, но не скажу что неприятный. Я уже настроилась сидеть тут ближайшее столетие одна. Знаешь, у меня есть претензии! Ты говорил о величии, но как-то здесь… Скучновато, знаешь. К тому же… столько грязи, крови и смерти теперь витает
Я ненадолго замолчал, сделав предельно серьезное, каменное лицо.
– Величие и созидание - это не одно и тоже. – негромко сказал я. – Ты должна знать это лучше других.
В тронном зале повисло тягучее, зловещее молчание.
– Ты безжалостный ублюдок. – наконец, спокойным голосом сказала Мелайя. – И я хочу обвинить тебя во множестве вещей. Однако в этом ты не лгал, это правда. Поэтому давай вместо того чтобы заниматься любовью с твоим мозгом, мы пройдем в более подходящее для встречи старых друзей место, и займемся чем-то более приятным?
Я не отказался.
Удивительно, но во дворце сохранились вполне рабочие, заботливо поддерживаемые в прекрасном состоянии купальни. Нежити не нужна еда - но, похоже, некоторые женские привычки оказались неистребимы даже у вампиров.
– Дашь мне своей крови? – легкомысленно, осведомилась королева Земли теней, без тени стеснения скидывая с себя одежду и ныряя в теплую воду бассейна.
– Сколько хочешь. – усмехнулся я, раздеваясь.
Сложно сказать, сколько раз она убила меня. Кажется пять… или семь? Это не отложилось у меня в памяти, потому что я не считал: просто у меня раз за разом останавливалось сердце, пока впившись в шею девушку тянула из меня кровь, и мое бессмертие вновь и вновь запускало его, сотворяя новую, чистую кровь.
Мертвенно-бледная, совсем не похожая на живую фигура преобразилась, наливаясь цветов, соком и жизнью. Вскоре Мелайя уже ничуть не напоминал нежить - став прекрасной, молодой девушкой с идеальной фигурой, слегка раскрасневшейся, и на вид такой невинной…
А дальше я потерял счёт времени. Возможно прошел день… два… или неделя. Бессмертному не нужна еда, сон или отдых: пусть их переносить и более неприятно, чем для безучастной нежити.
Но всему приходит в конец, и в какой-то миг, вяло лежа на теплом камне под водой, я лениво принялся размышлять: является ли это некрофилией, или всё же нет.
Напившаяся кровью и жизнью, она совсем не отличалась от молодой девушки - ни на ощупь, ни даже в энергетике. Идеальный диверсант: пока сам себя не раскроет. Однако был один фактор, что я всё же вынес для себя.
Бессмертный, в отличии от нежити, не является полностью неутомимым. Я мог сколько угодно восполнять силы, прибегая к нему, но в конце-концов меня банально залюбили до такой степени, что у меня полностью отказало желание продолжать заниматься любовью: даже при наличии физической возможности и прекрасной, неутомимой любовницы под боком.
– Сдаешься? – ехидно посмотрела на меня Мелайя, подходя поближе и ставя рядом поднос с дымящимся отваром для меня.
– Сдаюсь. – вяло махнул рукой я, не чувствую между ног и тени движения при взгляде на обнаженную фигуру девушки.
Наверно, это всё же некрофилия, решил для себя я. В ином случае я бы продержался дольше - но предпочтения оказывают эффект, всё же, я не какой-то там извращенец, а обычный мужчина…
– Да-да, утешай себя мыслями что это некрофилия. – зевнула хорошо знавшая меня вампирша. – Какие только оправдания мужчины не выдумывают чтобы оправдать свою слабость…
– Это нечестно. – вяло отбивался я. – Ты не знаешь усталости.
– Зато я изучила все книги по плотским утехам, что смогла найти в городе, пока тебя не было. – фыркнула бывшая охотница. – И мы даже не попробовали половины, потому что ты ханжа и скромник. Вот уж чего не ожидала!
– Извращения - это для ненормальных, а я психически здоров. – отбрил девушку я.
– Утешай себя этой иллюзией и дальше, друг мой некрома…фил! – крикнула она, удаляясь за одеждой.
Это место определенно на меня плохо влияет. Надо будет как-нибудь ещё заехать…
