– Настолько мелкую, ты имеешь ввиду? – хмыкнула Киана. – Ну, это женские штучки. Боевой магии в королевствах женщин, за очень редким исключением, не учат, и всё способные расходятся по монастырям где готовят целителей. Однако среди жен высшей аристократии давно сформировалась прослойка тех, кто слишком слаб, чтобы учиться полноценной магии жизни, но всё ещё хочет применить свой дар на пользу делу. Лорды королевств - это воины и потомки воинов, поэтому во многих древних родах женщины умеют поддерживать уютный быт своей магией в любом месте и в любых условиях, как в походе, так и дома. Этого порой очень дорого стоит - отдать дочку на воспитание к женщине, что умеет подобное, и раньше я ничего подобного не умела. Я девушка простая, но, благодаря тебе, далеко не бедная, а война оставила много вдов, которым пригодится звонкая монета. Поэтому, пока ты вёл свой завоевательный поход, у меня было время выучить пару женских секретов. Это сильно экономит время и силы в дальних походах… Даже если ты одна.
Вскоре мы направились в столицу - неспешным, тихим ходом.
– Знаешь, тебе не обязательно строить из себя идеальную жену всё время. – сказал я, когда мы забрались на химер. – Я не то чтобы планирую отвязаться от тебя в ближайшее столетие.
Киана фыркнула. И провокационно заявила:
– Даже твоей власти не хватит, чтобы затмить женское стремление к красоте и совершенству.
– Ночью накажу. – угрожающе посулил я.
– Тиран и деспот.
– Дикарка и амазонка.
– Разумеется, я сильная женщина. Мне даже не нужно бессмертие, чтобы компенсировать недостаток выносливости в постели.
– Знаешь, я передумал, ты можешь и дальше изображать из себя идеальную жену.
– Так значит, ты признаешь, что не можешь справиться с женщиной из Таллистрии? Один раз - случайность, два раза - совпадение…
Часть меня хотел опробовать на чём-то или на ком-то божественные силы - но я воздержался от опасных экспериментов рядом с собственной беременной женщиной. И ничуть об этом не пожалел - это была хорошая поездка и хорошее время. Может быть, даже лучшее с тех пор, как я надел корону Ренегона. Потому что впервые за очень долгое время в этом мире я по-настоящему чувствовал себя молодым.
Мы въехали в Кордигард через три недели - хотя, уверен, о моём возвращении заранее была в курсе вся столица - городские предместья, в целом, тоже достаточно населенный район, вновь оживший после войны. И уже спустя один квартал меня охватило странное, незнакомое чувство…
На нас смотрели. Само по себе это было логично и оправданно - я был королём, да и ездовых химер, похожих на огромных черных лошадей, в королевстве было совсем немного - копытных ездовых животных в королевствах людей вообще не водилось, разве что плотоядные аналоги оленей, которых никто не приручал. Я привык к множеству взоров на себе - почтительных, пугливых, ненавидящих. Но в этот раз всё было иначе - казалось, что народ в городе смотрит на меня с каким-то новым, незнакомым чувством, которого я ранее на себе не испытывал.
– Ты заметил? – негромко поинтересовалась у меня Киана.
– Что-то странное. – качнул головой я. – Твои мысли?
– Выглядит так, как будто что-то произошло. – медленно осмотрела город черноволосая. – Как будто случилась некое событие, затронувшее всех… И люди ждут твоей реакции на него.
Бывшая наемница провела среди простых людей куда больше времени в своей жизни, чем я - поэтому её мнению я доверял.
– Сейчас выясним, в чём дело. – кивнул я Киане.
А затем я резко остановил химеру, поравнявшись с мужиком, что вел по широкой городской дороге пустую телегу - похоже, один из крестьян, что возят еду в город. Мужик при моем виде одновременно побледнел и вспотел, вздрогнув - но убегать куда-то разумно не стал.
– Что происходит в городе? – прямо спросил я его. – Люди странно на меня смотрят, в чём дело.
Под моим взглядом крестьянин сжался и мелко задрожал. Но молчать или бежать не посмел - видимо, не совсем дурак.
– Тык это… мужики бают всякое, милорд. Почитай, по всему королевству разнеслось…
– Что именно. – прищурился я, сверля крестьянина прокурорским взглядом. – Говори точнее, не трясись.
Мужик сделал несколько вдохов и выдохов, пытаясь успокоиться. Нервно помял грубую холщовую рубаху, не глядя мне в глаза. Но выбора у него не было - так что он заговорил:
– Сказывают, Ваше Величество, что, дескать, не было никакого проклятья на югах. А были там томко вы с черным отрядом… И побили людишек, дабы, значится, новый легион собрать. Сперва, конечно, никто не поверил - разве можно такое представить? А потом кой-кто присмотрелся к солдатам - и пошла молва… Сосед мой, Тенька, шурина на югах имел - и ныне шурин его несёт день и ночь стражу на восточных воротах. От лица, у него, значица, мало осталось, да всё одно по приметам узнать можно. А умер он, бают, не от проклятья темного, а от простого ножа в грудь. Мне, конечно, неведомо где правда, ваша милость, но волнуется народец. Ведь ежели с южными так, то ведь и с кем угодно можно? Почитай, каждый третий столичный там родню имел…
– Свободен. – взмахом руки я отпустил крестьянина.
