Мы также обсудили с ним общие дела, касающиеся баронства и леса, обговорили сроки уплаты налогов, чтобы сразу все от Тулаха отправить в город вместе – так безопаснее, и после этого разговор был закончен. Уже во дворе дома барона я заметила Кэла: сначала он попытался сделать вид, что не заметил меня, но потом все же развернулся и подошел.
— Ваша Милость, — произнес он и поклонился. — Или, может, сразу назвать вас Сиятельством?
— Лучше скажите, рэнд Таггарт, как сами живете? Вы давно у меня не показывались.
— А зачем? — спросил он, глядя на меня в упор.
— Мы уже не друзья?
— Не получится друзей из баронессы и рэнда.
— Для меня эти границы не важны.
— Еще бы, — мрачно усмехнулся он. — Ты так воспитана, что можешь говорить свободно и со знатью, и с простым людом. А я нет. Старый Даммен мне просто голову зазря морочил. Да я и сам… — рэнд осекся и рукой махнул. Он явно не горел желанием со мной разговаривать, и уж тем более по душам. Поэтому, как и ранее с новым бароном, я перешла к обсуждению практических вещей.
— Завтра мы поедем с утра на болота. Ты много работал на них, отводя воду, так забери свою часть торфа, которую мы оставили в прошлый раз на просушку.
— Он мне ни к чему.
— Столько труда и все зря? — приподняла я бровь. — Все же возьми свое, Кэл, продай. Или отвези мальчишкам Эйлы. Им-то точно торф понадобится к холодам для отопления.
Кэл вздрогнул и отчеканил:
— Я разберусь сам, Астрид, а если что, посоветуюсь со своим каэром. Всего хорошего.
— И тебе, — отозвалась я.
На следующий день к вересковому болоту я направилась исключительно в мужской компании – Иннис, понятное дело, сопровождать меня не может, а Нетта терпеть не может неудобства и долгие поездки, тем более по лесу. Вчетвером – трое мужчин и я – мы сравнительно быстро доехали до места, но кто-то добрался быстрее нас и собрал большую часть торфа на подсушенном нами участке болота.
— А я говорил – стащат! — в сердцах воскликнул один из мужчин. — Никогда и ничего в лесу оставлять нельзя!
— Да не увезли бы мы тогда столько, — ответил ему другой.
Рис протянул:
— Так-то узнать можно, кто стащил. Везти много надо было, лошадь была нужна, повозка. Надо бы в деревню наведаться да расспросить.
— Так те и скажут! Люди-то не дураки, припрятали, небось, прикрыли чем.
— Надо сообщить новому барону, — сказала я. — Пусть займется этим вопросом. Кроме его людей и моих никому больше нельзя ничего вывозить из леса в большом количестве. Правило никто не отменял: в лес можно зайти на своих двоих, без оружия, и забрать лишь то, что уместится на плечах. Не более.
— Сказать-то можно, да все равно тащить будут, всегда так было.
— Некоторые заигрались в браконьеров и их повесили, — напомнила я, — так что и воров надо бы предупредить, что закон надо исполнять. — С этим словами я оглядела остатки былой роскоши.
Здесь, судя по следам, достаточно людей побывало. Они не только свистнули торф, который мы подготовили для перевозки и дальнейшей просушки, но и натоптали в местах, где мы с Иннис травы собирали. А ведь в изобилии здесь растет лишь вереск, а что-то нужное и редкое попробуй еще отыщи… Теперь же место добычи испорчено – а ведь мы долго и кропотливо его выбирали, тропки безопасные искали, надежные кочки отмечали, с водой сколько возились, сети подгоняли…
— Что делать-то будем, каэрина?
— Раз уж проделали путь, заберем, что еще осталось, а потом я поговорю с Дамменом, — ответила я.
Злые, мы принялись за работу, каждый за свою: мужчины торфом занялись, я – травами. В этот раз из-за действий безалаберных воров и развороченных ими тропок ноги чаще увязали; в очередной раз угодив ногой в топкое место, я потеряла равновесие и упала.
— Астрид, не ходь больше! — крикнул приглядывающий за мной Рис.
Я выбралась, и, вытащив из топи руки, заметила, что перстня нет. Похолодевшая, я несколько секунд ошарашенно смотрела на свои грязные руки, на пальцы, а потом проверила свою небольшую сумку – кольца там не было. Естественно, не было, ведь не клала его в сумку… Изменив положение, чтобы было удобнее искать, я стала рыскать в вязи в надежде отыскать перстень.
— Нет, нет, — лепетала я, словно не перстень в болоте посеяла, а себя саму и свою жизнь. — Боже, нет! — вскрикнула я так, что мой вскрик напугал мужчин, и они тут же поторопились ко мне.
— Астрид, что? — спросил Рис, не понимая, почему я отказываюсь подняться и продолжаю ворошить руками в болоте, опасно свешиваясь с устойчивого места.
— Кольцо, — панически ответила я, — я потеряла кольцо!
Оттащить меня теперь мужчины не смогли бы при всем желании; Рис лишь следил, как бы я не увязла вся, и держал за талию, потому что я наклонялась все ниже и ниже… Мне было не до приличий или соблюдения безопасности; я не могла думать ни о чем, кроме кольца и своей глупости. Кто в здравом уме полезет с таким ценным кольцом копаться в болоте? Как я могла?
— Да все уж, — вздохнули рядом, — раз уж найдешь теперь?
