Они бежали прямо за беглецом, не отставая. Это было опасное занятие – каждый из участников этой гонки рисковал напороться лицом на острую ветку. Но это никого не останавливало. Гуров понял, что беглец забирает правее, стараясь выбраться на дорогу. Возможно, там он надеялся уйти в отрыв.
Однако этим надеждам было не суждено оправдаться. Неожиданно бегущий впереди человек попал ногой в какую-то яму, споткнулся, на секунду потерял равновесие. Он не упал и снова продолжил бег. Но этой секунды промедления хватило, чтобы преследователи настигли его. Марат Ордынцев, как более молодой и спортивный, резко ускорился, сделал прыжок – и подсек беглеца. Тот рухнул на землю, и тут же подбежавший Гуров навалился на него.
– Селивестров, вы арестованы за попытку убийства! – сказал он, застегивая наручники на запястьях задержанного.
Тот молчал, только все продолжал дергаться, пытаясь вырваться из оков. Он все никак не мог поверить, что его действительно поймали, что все кончено. Он все еще продолжал эти попытки, когда оперативники подняли его и поставили на ноги. Тогда, взглянув ему в лицо, они смогли убедиться, что не ошиблись и перед ними тот самый человек, которого они надеялись встретить в лесу.
Гуров остался стеречь задержанного, пока Ордынцев возвращался к «огневой точке» и забирал брошенную стрелком куртку и карабин. Когда он вернулся, они все вместе вышли на дорогу и пошли по направлению к усадьбе. Все время, пока шли, задержанный молчал. Он вообще не издал ни одного звука с того самого момента, когда они подбежали к огневой точке и крикнули ему: «Стой!»
По дороге Гуров включил телефон (который все время проведения операции был выключен) и позвонил капитану Бескровному.
– Ну, ты где сейчас, капитан? – спросил он.
– Где и договорились, стою на квартал ниже вашего поместья, – отвечал оперативник.
– Хватит тебе там стоять, давай подъезжай, – скомандовал ему сыщик.
Когда они подошли к воротам, ниже по улице послышался звук мотора едущей машины, и вскоре показался автозак, а за ним – «Веста», в которой сидел Бескровный. Одновременно из ворот усадьбы выбежал Олег Шанцев. Здесь, возле ворот, все встретились.
– Что, все получилось? – взволнованно спросил Шанцев.
– Как видишь, да, – ответил Гуров, указывая на задержанного. – А у тебя как? Тебя выстрелами не задело?
– Как же меня могло задеть, если я на четвереньках сидел, куклу держал? – вопросом ответил Шанцев. – Он только стекло разбил да одеялу ущерб нанес.
– Так ты из одеяла куклу сделал? – спросил Ордынцев.
– Ну да, как Лев Иванович сказал вчера во время инструктажа, так я и сделал, – отвечал оперативник. – Одеяло стало туловищем, подушка – головой. Только разрисовать эту голову потребовалось, чтобы хоть немного похожа была. И правильно сделал, что разрисовал, – он моему манекену прямо в глаз попал. А вторая пуля угодила в поясницу.
– Эти пули мне надо изъять! – забеспокоился Бескровный. – Это важные вещественные доказательства!
– Тогда давай, иди изымай пули, – сказал на это Гуров. – А я пока усажу нашего клиента в машину. Да, и вот тебе его карабин. Это вещдок еще более важный, чем пули. Да, и еще одна вещь, чуть не забыл! Но эту вещь я сам должен тебе показать. Так что вызови своих сотрудников, пусть они пока этого молодца постерегут.
Бескровный подозвал двоих сотрудников, и они отвели Виктора Селиверстова в автозак. А Гуров вместе с капитаном вошли в дом и направились к лестнице на второй этаж. Тут им навстречу быстро спустился хозяин дома.
– Это в самом деле так? – быстро спросил он. – Вы задержали Виктора?
– Да, Петр Никитич, задержали, – отвечал Гуров.
– И вы уверены, что это он сейчас стрелял в мое окно? Я слышал выстрелы, звон стекла, но я не могу поверить, что стрелял Виктор. Этого не может быть!
– Тем не менее это так, Петр Никитич, – отвечал Гуров. – Вам придется смириться с тем фактом, что вас уже больше года пытался убить человек, которого вы считали лучшим другом.
– Но… нет ли здесь ошибки? – продолжал настаивать Вершинин. – Ведь Виктор и сейчас находится у себя в комнате! Я только что слышал его голос за дверью!
– Да, вы слышали его голос, в этом нет никаких сомнений, – отвечал сыщик. – Голос был, а человека не было. Идемте с нами, вы будете понятым. Сами все увидите.
Они поднялись на второй этаж и подошли к комнате Селиверстова. Из-за двери доносился знакомый голос «лучшего друга» Петра Вершинина. Бизнесмен Селиверстов кого-то распекал и объяснял, как надо себя вести, если тебя останавливают на посту ДПС и требуют открыть дверь рефрижератора.
– Вот, мы слышим знакомый голос, – сказал Гуров. – Что ж, давайте войдем и посмотрим на хозяина.
Он толкнул дверь, и они втроем вошли в комнату. Она была пуста. А на столе виднелся уже знакомый Гурову миниатюрный диктофон. Из него и доносился голос, дававший советы водителю.
