— Ах, — облегчение послышалось в голосе некроманта, — ты говоришь о ᛋᛟᛒᚨᚲᛇ? Но они твои ᛚᚢᛒᛁᛗᛝᛁ.
Княжна нахмурилась. Видя это, Эрна, постарался улыбнуться как можно ободряюще:
— Пойдём к тебе и посмотрим на ᛋᛟᛒᚨᚲ, — затем он обернулся к Многоликой: — моя госпожа, вам лучше? — и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил: — Тогда я сейчас пойду с княжной, а вы можете остаться здесь. Я вернусь как можно скорее.
Когда они вышли из кабинета, княгиня Фаруис ещё долго смотрела на закрывшуюся дверь, перекатывая на губах всего два слова: ᛗᚨᛗᚨ и ᛈᚨᛈᚨ — слова, которые она за пятнадцать лет никогда не слыхала из уст дочери по отношению к ней или некроманту. Да вообще ни в отношении к кому–либо. Дейрос был отцом или господином, а она — матушкой или госпожой, Эрна же — господином магом.
Многоликая медленно поднялась с дивана, подошла к окну. Из него открывался вид на тёмный лес и дорогу. С высоты казалось, что можно охватить взглядом весь мир и этот мир огромен и полон чудес. Как давно она ощущала что–то подобное? Княгиня не помнила. Её мир уже давно сузился до княжеского замка, ближайших деревень и книг, которые иногда привозили перебирающиеся через границу с империей Алданаи курьеры. Многоликая уцепилась за впаянную в стену оконную решётку, а её взгляд постепенно тускнел, приобретая прежнюю невозмутимость. Так было спокойнее: не помнить, не знать, не хотеть. И к моменту возвращения некроманта она уже вполне овладела собой, вернулась к прежнему состоянию.
— Что там произошло? — безразличие в голосе Многоликой заставило Эрну запнуться, входя в кабинет.
— Я не уверен, моя госпожа, — передёрнул тот плечами, — но княжна, кажется, больше не любит своих собак. А они не признают её.
— Ты понимаешь, что это значит? — сказанное не удивило княгиню. Теперь не удивило. Она не стала дожидаться, пока Эрна сформулирует свою мысль: — Это значит, что Лилитта — это не Лилитта.
— Но почему вы так решили, моя госпожа? — поведение девочки выглядело подозрительно, но, чтобы делать столь радикальные выводы…
— Почему бы я ни решила, но ты ведь понимаешь, что князь не должен этого узнать, иначе его реакция может быть крайне непредсказуемой.
— Вы правы. Подмена наследницы… в условиях непрекращающихся междоусобных войн — это угроза его правлению.
— Именно так. У нас ещё есть время, чтобы обучить Лилитту и… — что делать потом, никто из них пока не знал. Сколько бы некромант ни проверял девочку на одержимость, но тесты показывали что–то непонятное. В подтверждение их мыслей на столе белел пергамент с записями Эрны:
Прямые признаки одержимости (высшие):
1. Приобретение магии огня, которой раньше не было
2. Изменение внешности в момент обращения к своему демону (искажение лица, когти, появление кожистых крыльев и т. п.)
3. Изменение голоса в момент обращения к своему демону
Прямые признаки одержимости (низшие):
1. Перманентное изменение внешности (искажение лица, когти и т. п.)
2. Изменение голоса до практически неразборчивого рычания
3. Снижение интеллектуальной составляющей (требуется контроль высшего)
Косвенные признаки одержимости (высшие, низшие):
1. Агрессивность
2. Изменение характера и поведения
3. Увеличение силы/ловкости/скорости реакции
4. Отсутствие страха смерти/отсутствие чувства самосохранения
5. Изменение продолжительности жизни (высшие — увеличение, низшие — укорочение)
6. Ускоренная регенерация
Для того, чтобы сделать вывод, что перед тобой высший одержимый, нужно было найти подтверждение в виде минимум двух прямых признаков и минимум трех косвенных. У Лилитты пока обнаружился только один прямой признак низшего и один косвенный. Крайс вздохнул. Если бы только Лилитта, но одной бумажной работой и обучением девочки некроманту было не отделаться, ведь никто не отменял необходимости поиска трупа Марси.
Реми Сальва, новый начальник стражи, отнёсся к своему назначению с должным рвением: каждое утро подотчётные ему солдаты начинали с тренировок: отработки боевых движений, сражения друг в другом и в разных условиях местности. Много раз он слышал недовольные шепотки за спиной, но сохранить жизнь, если с кем–то в замке что–то случится, хотелось больше. Новая должность грела душу, хорошо оплачивалась, а рисковать он уже привык. И Сальва не мог позволить некроманту разгуливать за пределами замка в одиночку, поэтому в тот день он как обычно выделил магу троих воинов на время поисков чего–то — да какая разница, чего! — за пределами крепостных стен. И не прогадал.
