В итоге этого чудесного эксперимента (к моему сожалению, случайного и испытуемого на мне), я выяснила некоторые особенности ведьм: мы можем семнадцать часов находиться в одном положении без еды и воды, можем задерживать дыхание на целых четыре минуты и двадцать шесть секунд, наша магия может создавать пузыри, правда пока только через нос и рот, но уже прогресс есть(!), также у нас в самые затруднительные ситуации просыпаются способности к левитации, правда, в ту минуту это было, мягко говоря, не к месту.
Короче, веселилась мама от души, постоянно спрашивая, к кому я так долго на свидание собираюсь. "С такими ароматными духами тебя, наверное, кто-то очень сильно зацепил", — смеялась она. Ну да, зацепило меня это самое зелье по самую зад… пятую точку. На всю жизнь запомню этот великолепный спектр эмоций.
Мне тогда было очень весело. Именно поэтому учиться контролю лучше всего на подобных примерах, тем более ведьмы — отменные лекари.
Хотя я могла и на факультет "Химические науки" поступить, но что-то не хочется зубрить всё то множество формул и правил по химии, тем более в медицине я разбираюсь достаточно хорошо, во всяком случае, лучше чем в химии. Да и нравится мне это направление.
Ну, в принципе, учиться я люблю. Точнее люблю узнавать всё новое, пополняя запас знаний. Тем более у меня и память хорошая, и книжек по медицине прочитала немало, потому что дома в пыльной, наполненной паутиной и в некоторых местах с гнилыми досками на полу, стенах или же книжных шкафах библиотеке на плотных, из толстого дерева, шкафах для книг в количестве семи штук большую часть занимают книги по медицине, меньшую часть — учебные и познавательные книги, романы занимали оставшееся пространство, скромненько стоя в углу на верхней полке самого дальнего, седьмого, шкафа и были в этом мире знаний единственным моим утешением. И то романы даже самую малость фантастики не содержали! Всего лишь двенадцать книжек по романам всемирной литературы, распечатанные лично моей мамой, чтобы "там не было никакого непотребства".
Именно поэтому мама и настояла на приличном, по её мнению, университете УШЛ, напротив которого я уже стою.
Величественное административное здание было кремового цвета. Оно поражало внушительной башней, уходящей высоко в небо и расположенной ровно по середине чуда архитектуры. Здание напоминало античную архитектуру, хотя, возможно, действительно являлось одним из таких творений.
Я быстрым шагом, приподнимая подол длинного тёмно-бардового платья из лёгкого льна, одетого по погоде, спешу пройти собеседование и сдать экзамены на поступление. Посмотрев на часы, расположенные на вершине башни, понимаю, что время поджимает. Бегу, что есть силы к деканату и чудом успеваю вбежать во внушительный актовый зал, когда объявляют моё имя. Всё, можно выдохнуть, но тугой корсет не позволяет.
Спешила я сильно, а потому не обратила внимания на внутреннее убранство строения, зато смогла рассмотреть кабинет. На полу удивляло отсутствие ковра, который, обычно, является неотъемлемой частью подобных комнат, стены не были завешаны картинами и грамотами, даже полок с наградами не было. С первого взгляда становится ясно, что хозяин кабинета не любит выставлять на показ свои заслуги и не терпит лодырей и хулиганов. В левом углу стоял шкаф обсидианового цвета, а в правом — бурый невысокий на резных, закрученных в спираль, ножках стоял и ломился от обилия документов журнальных столик, а чёрный массивный дубовый стол стоял недалеко от стены, за которым на высоком коралловом кресле сидел мужчина лет пятидесяти. Густая седая борода до ключиц обрамляла его смуглое лицо, покрытое небольшим количеством морщин, впалые щёки и большие круги под глазами будто кричали о том, как мужчину всё раздражало, седые волосы коротко подстрижены, редкие брови, как и короткие ресницы, еле видны на лице, большие голубые, даже синие, глаза холодно смотрели сквозь меня, нагоняя безумный страх, из-за чего мне стало понятно, что передо мной не человек. Это был страж. Старый и опытный, повидавший много опасностей и причуд загробного мира. Его старенький тёмно-синий мундир не был украшен ни знамёнами, ни разнообразной вышивкой, а воротник скрывал почти всю шею. Только серебряные пуговицы и падающий свет показывали, что костюм этот шёлковый и совершенно не простой, как и его хозяин. Окно в половину стены находилось правее стола и было завешано плотной однотонной тёмно-зелёной шторой. На белом потолке висела красивая люстра. Такие обычно украшали гостиные в домах высшего общества, а у некоторых и бальные залы. Цвет пола не рознился с цветом шкафа и стола, а стены были нежно-зелёного оттенка с редким изображением кленового листа. К удивлению, обстановка в комнате была уютной, а цветовая гамма поразительно сочеталась и ни один цвет не выбивался из общей картины.
— Здравствуйте, господин Зароский.
