Ты ощутил лишь дальние раскаты явленья грозового страсти. По-настоящему всё это ощутишь с Малашей только. Ей тоже наслажденье подарив, и бабье счастье. Его раскаты громовые вас будут ослеплять и оглушать по многу раз. Опять, опять и снова, и опять. Но надо этому учиться. Иначе может ничего не получиться – одно мученье, а не наслажденье. По-всякому то сделать можно. Но если хочешь счастье получить, всё делать надо умно. Осторожно.
– Так в чём тут сложность? Нужна какая осторожность? – нетерпеливо Клён спросил, стремительно вставая, от переизбытка юных сил.
– Ты сядь. Уж через пять минут должны с тобой мы возвращаться. А я тебя ещё не обучил, как там тебе впервой с твоей женой сношаться.
– Давай скорее, жрец, я рвусь туда, как рвётся жеребец к кобыле. Спасу нету!
– Ничего… Ещё успеешь взять её до свету раз восемь-десять. Коль слушать будешь ты совета моего, а не головку члена твоего. Она из тех ещё – болтунья. Она – твой первый друг и первый враг. Запомни, паря, это твёрдо. Вот прямо так … – и старец крепко сжал кулак. – И в жизни это – не пустяк. Что будет говорить она тебе, всегда потом ты должен будешь взвесить. Раз десять. И ещё раз десять.
Ну ладно. Сейчас мы о другом…Туда придя, её нагой увидишь. И сам ты будешь наг кругом. Её твой вид, твой член, я чаю, испугают. Но ты мне врал, или не врал, что ей не враг?
– Ни-ни, ни голый я и ни одетый, я ей – не враг. Скажи, что дальше делать лучше? Не томи!
– За руки ты её возьми, лицом к ней стоя. Скорей всего, на член она уставится глазами, пусть посмотрит. Он мно-о-о-ого ей скажет до того, как на неё возляжет. Не торопись и ласково лицо ей подними, чтобы глаза в глаза смотрели не мигая. В тот миг себя почувствуешь ты господином. Всё сущее в твоих окажется руках: любовь в ней вечную родить, иль муку ада, иль нехоть, или тяготу и страх.
Смотри в глаза внимательно и нежно, и взгляд её держи, не уставая. Потом тихонько привлеки к себе, тихонько, но – неотвратимо. Твой член толкнет её в живот. Ему не уклониться мимо. Ея он мимо не пройдёт. Она вздрогнёт, тихонько ахнет, вот это – то, что нужно. От живота её ты тоже задрожишь. Ну и дрожите дружно.
Не слишком медля, рот её на вдохе, закрой нежнейшим поцелуем. За низ спины её к себе прижми, чтобы почуяла героя твоего. Не бойся, не сломаешь ничего. Вдоль ваших тел, и наверх глядя, твой член расположиться. И будет дергаться слегка и биться, стучась ей в чрево. Всё это делая, ты наслаждайся, смотри, руками гладь.
И ей, Малаше, всё позволь, коль сможет отойти она от онеменья. Закинь ей руки за спину твою, и подними на руки. Поменьше говори, пусть тело говорит, сейчас его уменье тебя умнее. И этот разговор двух ваших тел – важнее для серьёзных дел.
Скорей всего, она немая будет. Свалилось ей на голову всего: от ложа брачного, до члена твоего. Неси её уже на ложе, где в изголовье плошки две положил. Надеюсь, хватит у тебя терпения и сил?
– Не смейся, старец, мне силы хватит хоть куда её нести – нет ничего дороже.
– И то… – святая простота… По центру сядь, взойдя туда ногами. И, обнимая тело нежное дрожащее её горячими руками и губами, целуй её, не отнимая рта. Ей губы поцелуем разомкни, чтоб для начала воедино здесь, во рту соединиться. Почувствуешь, как сердце у неё начнет ещё сильнее биться.
На грудь ей руку положи, чуть сжав. Когда ласкаешь грудь – почти ласкаешь розу. Грудь поцелуй, нагнувшись и сменивши позу. Случайно, как бы, и небрежно, её ты на подушки положи, и несколько минут, прижавшись к боку девы, ты лежи, её целуя нежно.
Рукой своей почувствуешь, и сам поймёшь, что и её любовная бьёт дрожь. Её живот прижми своей ладонью, и нежно сильно гладь. И прежде – гладь курчавенький лобок, чтоб ножки дрогнули ея, зашевелились.
Тогда тихонько руку положи меж ног. В глаза ей долго и спокойно посмотри. А бедра ей внутри рукой горячей нежно три. Они широко разойдутся. Не торопись, а лучше бы – совсем остановись. Пусть жаждет. Жаждет тренья твоего. Пусть овладеет ею страсти плен.
Ты сядь, заставь её невольно смотреть на член. Он будет очень неспокоен, давая ей понять, что большего достоин. Скорей всего, она несмело возьмёт его руками. А, может быть, коснется и губами. Тут надо потерпеть. И не забыть ей бедра и колени, и спину нежно гладить и тереть.
Как будто бы нечаянно коснувшись, раз-другой, пока закрытой розы. Все ласки повторяй, но время быстротечно. Дождись, когда она, как будто невзначай, тебя потянет на себя.
Такие ласки легкие всегда конечны. Потянет – знать природа потянула! Почуяла Малашенька твоя, что что-то есть покрепче поцелуя.
Её ты на колени положи и властно руку между ног вложи, усиль её охоту. И нежно пальцами ей розу разведи, почувствуй, как цветок желанный, горячий, нежный, влажный, трепещет, страстью обуянный.
А наверху, у самого истока, чуть в глубине, есть зернышко такое – с чечевицу. То – главное зерно цветка. Нажми чуток, не сильно и не слабо. Увидишь, как вздрогнёт девица, и – ноги разведёт наверняка. И если дальше не сомкнет их, скажу, как на духу, она готова тебя в себя принять.
