Человек велел Юнусу снять обувь и омыть ноги. Затем он зажег кусок сухого дерева и обвел им вокруг Юнуса с ног до головы. Потом человек вложил дерево в неуверенную руку старика и предложил ему войти в помещение. Человек напомнил, что перед каганом подобает стоять на коленях, склонившись ниц.
После холодной помпезности дворцовых коридоров, небольшая комната, в которой оказался Юнус, располагала к себе домашним уютом. В старческой нерасторопности Юнус силился опуститься на колени. При этом кусок дерева, который он едва держал, норовил выпасть из рук.
В отдалении комнаты, около окна, затянутого воловьим пузырем, сидел каган Шафар. Он читал разложенные перед ним свитки. Заметив Юнуса, каган встал ему навстречу.
– Не стоит опускаться на колени, – уважительно обратился к Юнусу каган. Поддерживая старика за локоть, он взял из его рук кусок горящего дерева и укрепил на специальной подставке.
Юнус поднял на него взгляд. Несмотря на слабое зрение, старик разглядел его черты. Шафар был белолиц, с большими миндалевидными глазами, смотрящими из-под длинных смоляных ресниц. Меж густых, четко очерченных бровей приютилась аккуратная темная родинка – знак мудрости, по мнению древних.
– Амина! – вырвалось у Юнуса. – Кто бы мог подумать… – еле слышно прошепелявил он.
Каган Шафар удивленно посмотрел на старика. Он усадил его рядом с собой на гладкий шелк покрывала в груду атласных подушек. На мгновение в комнате воцарилась тишина.
– Я узнал это еще от моего отца, кагана Микаэля, – слегка запинаясь, начал Шафар, в его голосе не было ни пафоса, ни надменности, присущих царственным особам. – Отец рассказывал мне, что в городе живет мой дядя, торговец Юнус. Много лет я не решался его искать, но теперь я, кажется, его нашел, – неуверенно растягивал слова Шафар. – Могу ли я быть уверенным в том, что вижу его сейчас перед собой?
У старика к горлу подступил ком.
– Да, – еле слышно проскрипел он, – да. Микаэль был моим братом, значит, я…
Шафар импульсивно встал и заходил по комнате. Всякий раз, когда он волновался, он теребил на шее золотую цепь с медальоном. Шафар был совсем маленьким, когда отец подарил ему эту вещицу. С тех пор Шафар никогда не расставался с подарком.
– Я столько раз представлял себе нашу встречу, – глухо произнес Шафар, – в мыслях я готовил себя к ней, а вот сейчас не могу сдержать волнения. – Шафар смущенно улыбнулся.
Юнус молчал, но в его старческих безучастных ко всему глазах вспыхнули живые искорки.
– Я вижу, мой дядя очень стар, – еще не зная, как называть Юнуса, участливо обратился к нему Шафар. – С кем живет сейчас мой дядя?
– С прислугой. – Старик пристально посмотрел на Шафара. – Как же ты похож на свою мать!..
– Откуда мой дядя знает мою мать? – В голосе Шафара появились холодные нотки. – Моя мать, некогда богатая принцесса вассального царства Джидан, не выходила из дворца и не появлялась перед народом с тех пор, как стала женой кагана Микаэля. Теперь же она покоится в одной с ним усыпальнице.
– Нет, Шафар. Можно мне так тебя называть? – Старик посмотрел на кагана грустным, но вернувшимся к жизни взглядом. – Я не могу ошибаться. Я стар, и мои глаза слабы, но даже так я вижу, как ты похож на Амину!
– Амину? – удивился Шафар. – Отец рассказывал мне об Амине, но он говорил, что это была девушка из его далекой юности. С тех пор как он ушел во дворец, он больше не встречался с ней. – Шафар поправил на шее фамильный медальон.
– Да, это была девушка его юности, но его юность закончилась на пороге дворца. Я не могу сказать, когда они встречались последний раз… Но твое сходство с ней поражает! У тебя на лбу родинка в точности такая, как была у нее. Это знак свыше! Она была так же белолица, как ты, а глаза! Ты смотришь ее глазами…
Шафар сел перед Юнусом и положил руки ему на колени.
– Дядя Юнус, – неуверенно, впервые произнес Шафар его имя, – расскажи мне о той жизни.
С Юнусом творилось сейчас что-то давно им позабытое. Ему вдруг захотелось обычного тепла близкого человека. Прошла жизнь, а он так и прожил ее один – без любви, без родных. С чем он подошел к закрытым пока для него вратам Вечности? С очерствевшим сердцем? С опустошенной душой? Зачем Аллах послал ему эту встречу?
