Полчаса спустя мы стоим у рецепции роскошного пятизвездочного пансионата для пожилых с видом на Диснейленд. В брошюрах заявлены теннисные корты, бассейны, конюшни, сцена для общественных представлений, большой сад, полностью меблированные квартиры. У бабушки с дедушкой дела всегда шли неплохо – но чтобы переехать в такое место? Это же стоит огромных денег. Наверняка здесь не обошлось без финансовой помощи дяди Родни.
Джинни торжественно водружает одноразовый пластиковый контейнер на стойку, прямо рядом с композицией из свежесрезанных цветов. Как-то раз мне довелось посетить дом престарелых вместе с Джереми и его молодежной церковной группой – там пахло разложением и одиночеством. Здесь же в воздухе стоит нежный персиковый аромат от свечей, звучит приятная фоновая музыка, несколько пожилых, но совсем не ветхих мужчин смотрят футбол на огромном плоском экране. Серьезно, я бы хоть сейчас сюда переехала. Это ведь винтажно, правда?
– Здравствуйте, в какой комнате проживает Вивьен Брэдшоу? – спрашивает Джинни.
– Мы не предоставляем такую информацию без согласия резидентов.
– Мы ее внучки. – Я потихоньку кладу на стойку бабушкин школьный альбом. Потрескавшийся кожаный переплет резко контрастирует со всей обстановкой этого сияющего дворца.
Женщина что-то набирает на компьютере.
– В ее файле нет списка одобренных гостей.
– Конечно, она только что сюда переехала, – говорит Джинни. – Наверное, еще не успела составить список.
– Переезжая сюда, каждый заполняет подробную анкету. И она заполнила. – Женщина виновато улыбается. – Попробую позвонить ей. Подождите, пожалуйста.
Пока женщина набирает номер, Джинни нетерпеливо барабанит пальцами по стойке.
– Не отвечает. Наверное, чем-то занята.
– Ладно, тогда подскажите нам, пожалуйста, где она живет, мы оставим ей угощение.
– Вы можете попробовать позвонить ей на мобильный телефон, но разглашать адрес я не имею права.
Джинни выуживает из кармана свой мобильник:
– Совсем сел. Ты знаешь бабушкин номер?
– Он у меня в телефоне.
Я засовываю руку в карман, и тут мы с Джинни вспоминаем, что мой телефон, как и прочие устройства, остался дома. Джинни молча хватает контейнер с запеканкой и устремляется к двери.
Я тороплюсь за ней.
– Послушай! Я не виновата! – кричу я.
– Забудь, – отвечает Джинни. – То, что ты ходишь без телефона, просто цветочки по сравнению с тем, что бабушка запретила нам приходить к ней в гости.
– Ничего она не запретила. – Я бегу по садовой дорожке, крепко прижимая к груди бабушкин альбом. – Папа сказал… ей нужно время… чтобы освоиться.
Джинни останавливается подождать меня. Ростом она уже меня обогнала, к тому же она одна из лучших футболисток нашего штата, поэтому иногда забывает, что некоторые люди, нормальные люди, могут запыхаться, если съедят полпротивня запеканки из имитации мяса, а потом пробегут кросс по необъятной территории дома престарелых. Свет от расположенных неподалеку теннисных кортов бросает косую тень на лицо сестры.
– Просто мне кажется, нашей семье пойдет на пользу, если мы будем больше времени проводить вместе. Особенно это касается мамы с папой.
Зачем так драматизировать? Пропустить один ужин, приготовленный из соевого мяса, еще не значит разрушить семью.
– Вот поэтому мы и возвращаемся к старым добрым временам. Когда все было проще. – Я медленно выдыхаю. – К
– Звучит как социальная реклама каких-нибудь жестких консерваторов.
– Спасибо.
– Сорок-ноль! – доносится с корта. Мы с Джинни оборачиваемся и смотрим через зеленую сетку.
Одна из играющих подает. Вторая инстинктивно поднимает ракетку, как будто прикрываясь. Мячик ударяется о корт рядом с ней.
– Прости, Линда! В следующий раз приму.
– Бабушка? – шепчет Джинни.
– Я буду счастлива, если ты отобьешь хотя бы
– Бабушка! – Джинни энергично машет теннисисткам. – Привет, бабушка! Мы принесли тебе мясную запеканку!
– Принесли запеканку? Ты решила так привлечь ее внимание? – удивляюсь я.
– Заткнись!
Бабушка трусцой подбегает к забору из сетки и всматривается в наши лица. На ней классическая тенниска и короткая юбка, из-под которой видны мускулистые ноги. Из-за дурацкой повязки на голове бабушкины короткие светлые волосы топорщатся больше обычного.
– Девочки? Что вы тут делаете? Сейчас закончу матч и поговорим.
– Не беспокойся, – говорит Линда, дотрагиваясь до бабушки ракеткой. – Учитывая текущий счет, можно с уверенностью сказать, что победа за мной.
Бабушка бросает на нее вызывающий взгляд:
– Отыграюсь! Вот только возьму урок.
– Урок, Вивьен? Уроки. Множество уроков. – Линда смеется и медленно направляется к кулеру.
– Вот тебе урок. – Бабушка показывает язык Линде вслед. Джинни хихикает. – Пойдемте, девочки. Раз уж вы тут, я покажу вам наши пенаты.
