К концу второго дня полёта Алиса убедилась, что её новый напарник готов совершенствовать что программы, что аппаратуру корабля до бесконечности. Причём это ему действительно удавалось: попробовав взять разгон, Алиса убедилась, что «Метеор» мог набирать бóльшую скорость, чем прежде, и при этом ощутимо более плавно.
***
– Это ведь ты тринадцать лет назад сделал алмазную черепашку? – спросила Алиса за ужином.
– В основном я, – подтвердил Крыс, отпивая что-то прозрачное из стакана – вряд ли воду, но алкоголя на борту, по идее, не должно было быть. Стакан был с крышкой – на случай резкой смены гравитации – и разглядеть содержимое как следует Алиса не могла. – На самом деле такие роботы у нас уже были, всё нужное «железо» было под рукой… Больше всего времени мы с Весельчаком потратили на то, чтобы решить, под какое животное всё это замаскировать. Кстати, куда вы потом её дели?
– В музей робототехники Зелёный отнёс.
– И за тринадцать лет я ни разу об этом не узнал, хотя мне полагается за музейный экспонат денежная компенсация.
– Ты у Милодара ещё эту компенсацию потребуй, – улыбнулась Алиса. – А я когда, по-твоему, должна была тебя оповестить? На Брастаке в темнице записку оставить – «Алмазная черепашка в московском музее»? Скажи лучше, что это ты сейчас распиваешь. Алкоголь на работе строго запрещён, только если для конспирации в случае крайней необходимости – и то потом перед десятком комиссий придётся доказывать, насколько она была крайней.
– А тебе что, Алисочка, приходилось доказывать?
– Нет, всё написано в наших инструкциях.
– В любом случае, алкоголя тут нет. Это соляная кислота, в машинном отделении нашёл, – сказал Крыс.
Алиса по праву гордилась своей выдержкой, выработанной за годы космических приключений. Она даже не подавилась бутербродом, который ела – только отставила тарелку в сторону и очень спокойно сказала:
– Знаешь, давай ты мне составишь список того, чем ты обычно питаешься, ладно? Представляешь, если бы я решила вымыть посуду вручную? Если у меня тут появятся стаканы, которые могут обжечь мне руки, раствориться в воде, взорвать корабль или что-то в этом роде, хотелось бы об этом знать заранее. А может, наоборот, для тебя какая-нибудь человеческая еда смертельно ядовита?
Крыс поморщился:
– Алисочка, у нас и так рулевую рубку Милодар будет прослушивать, теперь ИнтерГПол ещё станет следить за тем, что мне можно есть?
– Ты что, считаешь, что я буду пересказывать Милодару, какие яды на тебя действуют? – возмутилась Алиса. Её мало что могло задеть всерьёз, но она всю жизнь не терпела недоверия, тем более настолько откровенного. – Между прочим, я этот месяц провела в сплошных скандалах с родителями, которые уверяли, что ты пристрелишь меня и угонишь «Метеор» сразу после взлёта. Отец хотел на Милодара в суд подавать за то, что тот направил меня к тебе в напарницы! Тем не менее, как видишь, я сижу здесь и не ищу состава преступления в каждом твоём слове.
– А я не месяц, а всю жизнь только и делал, что скрывался от полиции и от вражеских банд! Ты думаешь, я отучусь от этого за неполных два дня, которые я успел пробыть агентом в ИнтерГПоле? Что ты там пишешь? – на экране передатчика у Крыса отобразилось присланное Алисой сообщение. – Это ещё что? Минеральные яды… ядовитые растения… ядовитые грибы…
– Это аналогичный список для меня, – ответила Алиса. – В конце концов, так будет честно. Мало ли что может случиться – если один из нас, например, будет без сознания, другой должен знать, какие и в каких дозах готовить лекарства.
– И ты совсем не боишься того, как я могу воспользоваться такими сведениями? – спросил Крыс, пролистывая список.
– Ты уже много лет знал, где я живу и на каких планетах бываю чаще всего, – напомнила ему Алиса. – Не говоря уже о том, что сейчас у тебя есть возможность застрелить меня из бластера в любой момент. Ну и да, Милодар пересказал мне условия твоего освобождения. Какой тебе смысл убивать единственного человека в Галактике, который за тебя поручился? И взгляни на это с другой стороны: мне-то зачем, после всего шума, поднятого из-за твоего помилования, изыскивать способы с тобой расправиться?
Неожиданно бывший пират рассмеялся, видимо, представив себе последний сценарий:
– Да, Алисочка, на тебя это было бы не похоже. Убедила, будет тебе твой список.
========== Глава 2 ==========
Путь в девятый сектор занял неделю. За это время на бортовом компьютере «Метеора» было сделано пять переустановок системы, рулевое управление было два раза переделано практически полностью, а Алиса смирилась с тем, что на некогда аккуратно прибранном столе в каюте – единственном большом столе на корабле вообще – воцарился хаос.
– Неужели, по-твоему, ИнтерГПол дал бы нам настолько плохой корабль? – однажды спросила она у Крыса, перебиравшего на столе очередной механизм. – Послушать тебя, так наш «Метеор» – просто рухлядь со свалки.
– Да нет, не то чтоб рухлядь, просто мне тут многое неудобно, – сказал Крыс.
