Условный рефлекс полностью

– Не обращай внимания, милая, он преувеличивает, – обратилась к ней Мора, – эту самооценку даже сама Вселенная не обратит в прах, что уж обо мне говорить.

Натали проследила взглядом за Брендоном, который, подойдя к маме, помог ей придвинуть стул. Она запрокинула голову и, когда сын наклонился к ней, коснулась ладонью его щеки и поцеловала в висок.

Затем он занял место посередине, однако, всё-таки сел чуть поодаль от Моры, ближе к ней.

– Брендон много рассказывал о вас, – внезапно услышала Натали, – в Вене он показал мне наработки по проекту, а сегодня днем, приехав в отель, я увидела всё собственными глазами. Признаюсь, я была и восхищена, и удивлена одновременно. Я знаю Корделию уже много лет и могу с уверенностью сказать, что невозможно было бы вдохнуть жизнь в «Голубую лилию» лучше, чем это сделали вы.

Брендон много о ней рассказывал?… Ох, нет, девочка, не об этом сейчас речь.

– Благодарю, – выдохнула Натали, пораженная словами женщины, – я вложила в этот магазин душу.

– И это очень заметно, – она снова улыбнулась, а затем подала знак официанту, – ещё бутылку, пожалуйста. И третий фужер.

– О, нет-нет, я не буду! – Представив, к чему это может привести, встрепенулась девушка, заставляя Мору вопросительно повернуться к ней.

– Натали не пьет, мама. Несколько дней её беспокоили сильные головные боли, и врач после осмотра выписал обезболивающие. Пока курс не закончится, алкоголь противопоказан. – Спокойно объяснил Брендон, побуждая женщину понимающе кивнуть, а Натали уже в который раз за вечер изумленно захлопать глазами.

Он только что выгородил её перед своей мамой? Солгал ради неё?

– Милая, мне так жаль. Я очень надеюсь, что лекарства помогут.

– Да, я… тоже, – неуверенно ответила она, а затем посмотрела на Брендона, невольно ловя на себе его внимательный, пробирающий до мурашек взгляд.

– Будьте добры, сок, пожалуйста, – попросила официанта Мора, а затем взглянула на Натали, по всей видимости, ожидая, чтобы та выбрала, какой.

Она открыла было рот, чтобы ответить, хотя в голове и была пустота, но не успела.

– Персиковый. – Заказал Брендон, заставляя Натали вновь перевести на него глаза и несколько раз сморгнуть. Такими темпами у неё скоро нервный тик начнется, честное слово. – К предыдущему заказу добавьте овощной салат с маслинами и фетой, а также мясо по-французски. – Когда парень кивнул, записав всё в свой блокнот, Брендон повернулся к ней, и в его взгляде она отчетливо прочитала ответ на свой безмолвный вопрос: «ты ведь снова ничего не ела, поэтому даже и не думай спорить».

Уфф… да что он, в самом деле, творил?! Да ещё и при своей маме?!

Мама! Натали повернулась к Море Макгил, которая, как оказалось, внимательно смотрела то на своего сына, то на неё. Что означал этот взгляд, предполагать не хотелось, но коленки тряслись, как у школьницы перед экзаменом. Ветреные отношения, построенные исключительно на страсти и вожделении, нескончаемые мысли о том, что она не единственная женщина в его постели, скоропостижное знакомство с его мамой, которая теперь, вероятно, думала, что между ними что-то есть и считала её одной из тех легкомысленных дешевок, которые, завидев красивого и успешного парня, тут же прыгали в его постель… – нет, к такому жизнь её не готовила.

Весь вечер Натали пыталась вести себя непринужденно и естественно, но не получалось. Периодически ощущая на себе взгляд Моры, она едва дышала и не переставала перебирать в голове причины, которые оправдали бы её умышленный побег. Только вот Брендон её не отпускал. На каждую новую попытку он находил тысячи оговорок, лишающих девушку последнего шанса. Лишь к концу ужина, поняв, что как во взгляде женщины, так и в её словах нет ни враждебности, ни осуждения, она более или менее расслабилась.

Они довезли Мору до дома, и, попросив Натали подождать, Брендон пошел проводить свою маму до квартиры. В салоне тут же стало душно, поэтому, выбравшись из машины и, закрыв глаза, девушка прислонилась к дверце, вдыхая в легкие прохладный, вечерний воздух. Голова прояснялась, напряженные мышцы расслаблялись, а дрожь уже не так сильно била тело. Натали не знала, сколько простояла так в полном одиночестве, восстанавливая расшатанные за последние сутки нервы, и даже не заметила, как, лишившись спасительной свободы, оказалась зажата между машиной и сильным мужским телом.

– Успокоилась? – Тихо спросил Брендон, помимо воли вынуждая её распахнуть глаза и вдохнуть опьяняющий аромат его парфюма.

– Что? – Выдохнула Натали.

– Ты ведь думала, что я с кем-то встречаюсь, – пояснил он, заставляя её вновь ощутить разрастающуюся внутри тревогу:

– Я… совсем не хочу, чтобы со стороны это выглядело так, словно я ограничиваю вашу свободу…