Снова произошло событие, на первый взгляд, совершенно незначительное и не имеющее отношения к теме моей предыдущей статьи.
В сводке несчастных случаев по городу промелькнуло сообщение о том, что некая Алевтина Ивановна Фадеева, одинокая женщина, проживавшая в квартире на улице Стахановцев, задремала в ванне, захлебнулась и умерла.
Слов нет, засыпать в ванне – это опасно, особенно для одиноких пожилых людей, но так же как в случае с ограблением «Домовенка», у этого события есть и второе дно, и если внимательно разобраться в деталях дела, можно обнаружить много неожиданного.
Как нам удалось установить, Алевтина Ивановна Фадеева, так неожиданно и трагично ушедшая из жизни, была сотрудником КУГИ, причем работала в отделе нежилого фонда, то есть коммерческой недвижимости. Той самой коммерческой недвижимости, о которой мы говорили в предыдущей статье и на рынке которой ожидается серьезный передел сфер влияния.
Случайность, скажете вы? Не много ли случайностей в этом деле? Только что совершенно случайно в агентстве недвижимости похищен компьютер, содержавший серьезную информацию, связанную с торговлей коммерческой недвижимостью, и буквально через несколько дней тоже совершенно случайно тонет в собственной ванне сотрудница соответствующего отдела КУГИ. Какие удобные случайности!
Не логичнее ли предположить одно из двух: либо покойная Алевтина Ивановна была связана с агентством «Домовенок» и ее устранили конкуренты, старающиеся расчистить поле деятельности, либо в компьютере «Домовенка» обнаружились сведения о том, что Фадеева обманывала собственное начальство, прокручивала левые, несанкционированные сделки, и ее устранили за такую самодеятельность.
Так или иначе, обе эти версии кажутся мне более вероятными, чем банальный несчастный случай, на котором настаивает полиция, чтобы не брать на себя очередного «глухаря» – безнадежное нераскрываемое дело.
Так или иначе, боюсь, мне придется еще не раз выступать на страницах нашей газеты со статьями на эту тему, потому что «дело «Домовенка» не закончено, у него будет продолжение, и, боюсь, продолжение это будет еще более криминальным.
Первый труп уже появился в этом деле, первый – но, боюсь, не последний».
Я поставила последнюю точку и подписалась, как и в прошлый раз – «Александр Кречетов».
Утром в понедельник я вошла в кабинет Гюрзы и с невинным видом положила статью перед ней на стол. Она в это время разговаривала сразу по двум телефонам – точнее, трубку одного телефона прижимала левым плечом и выслушивала чей-то взволнованный монолог, до того громкий, что даже мне было слышно нечленораздельное темпераментное бульканье, а по другому телефону она пыталась куда-то безуспешно дозвониться.
