Выйдя из метро, я остановилась. Хотелось напиться горячего чаю с ватрушкой и чтобы в ватрушке было много-много корицы… А потом залечь на диван с какой-нибудь ерундой или включить телевизор и тоже смотреть ерунду, но только чтобы интересную… Главное – не думать ни о чем.
Сейчас мне кажется, что если бы я сумела взять себя в руки, то уже тогда догадалась бы обо всем, но я предпочитала отодвигать от себя очевидное и прятать голову под крыло, как страус.
Ужасно не хотелось встречаться с Петром Ильичем и с мамулей, и я, как утопающий за соломинку, уцепилась за Ираиду.
Ираида живет в трех остановках от нашего дома, не зря она таскается к нам так часто. С Ираидой можно болтать ни о чем, можно вообще не разговаривать – она не обидится. Вообще, она человек очень легкий, очевидно, за это и любят ее мужчины. Заодно выясню, как там продвигается следствие по делу утопленной соседки.
Я приободрилась и пошла по направлению к Ираидиному дому самым длинным путем.
Но по приходе с грустью заметила, что света в Ираидиных окнах нет. Стало быть, Ираида где-то гуляет. На всякий случай я поднялась на лифте наверх и позвонила в дверь. Естественно, никто не открыл.
Я стояла у подъезда, собираясь уже уходить, как вдруг подъехал автомобиль, из него вышел солидный такой дядечка, с достоинством оглянулся по сторонам и неторопливо открыл дверцу Ираиде. Мужчина был не молод – за полтинник явно перевалило, но широк в плечах и крепок на вид. Был он в штатском, но, подготовленная Ираидой, я сразу же определила в нем подполковника полиции.
Я подумала, что сегодня мне разговор с Ираидой не светит, и отступила подальше. Впрочем, парочка меня и не заметила. Подполковник взял Ираиду за руку и долго и проникновенно что-то говорил вполголоса. Ираида засмеялась грудным смехом, потом чмокнула его в щеку и побежала по ступенькам подъезда легко, как девочка, а подполковник сел в машину и уехал, чем немало, надо сказать, меня удивил.
Я догнала резвушку Ираиду только на втором этаже.
– Ну ты и скачешь! Прямо, как стрекоза!
– Сашка! – обрадовалась Ираида. – А ты что тут делаешь?
– Зашла вот, – вздохнула я, – да хотела уж уходить, чтобы не помешать. Чего же он не остался?
– Простите, говорит, служба! – рассмеялась Ираида. – Ну, в следующий раз останется, куда он денется…
– Что он – разведенный? – подозрительно спросила я.
– А как же! – подтвердила Ираида. – Ты мои правила знаешь…
– Что, так сразу он и сообщил про свое семейное положение? – поддразнила я ее.
– Ну зачем же, я у секретарши все выяснила…
Действительно, Ираида обладает потрясающей способностью находить общий язык с секретаршами, продавщицами продуктовых магазинов и гостиничными администраторами, такой уж у нее характер.
– Ничего не желай мне, чтобы не сглазить, – попросила Ираида.
– Тебя и захочешь – не сглазишь!
– Слушай, что мы все обо мне? Ты зачем пришла? Случилось что-нибудь с матерью?
– Почему ты думаешь, что с ней что-то случилось? Может, это со мной? – надулась я.
Хотелось капризничать и чтобы все вокруг бегали на цыпочках и приносили горячий чай с лимоном и булочки… Но я тут же вспомнила несчастного Мишку Котенкина и чуть не прикусила язык от стыда.
– А что с тобой случилось? – Ираида внимательно на меня посмотрела и определила: – Вижу, дело тут не амурное, а служебное.
– Ираида, тебе бы в полиции работать, людей насквозь видишь!
– Вот и Валентин Васильевич то же самое говорит! – подобрела Ираида. – Кстати, ты знаешь, что случилось-то? У Алевтины покойной при обыске нашли тайник в подоконнике, а в нем долларов – видимо-невидимо!
– Да что ты! – ахнула я. – Действительно, так много?
– Ну, наш Потапыч, что понятым при обыске был, утверждает, что долларов там было – миллион сто тысяч! А Валентин Васильич сказал, что примерно девяносто пять тысяч, ребята считать замучились.
– Но ведь это значит… Это значит, что все то, на что я намекала в своей статье… Все это оказалось правдой! Действительно, откуда у скромной государственной служащей сто тысяч долларов в подоконнике? Да ей же честным трудом за всю жизнь столько не заработать! Это значит, она действительно участвовала в махинациях с недвижимостью, и за это ее и убили!
– Сто тысяч долларов… – вздохнула Ираида, – а если бы ты знала, в каком пальто она ходила… Это просто ужас какой-то!
– Ну, Ираида, хотела я у тебя спокойно посидеть, а ты сразу огорошила! Не знаю теперь, что и думать.
– А ты поделись со мной, авось помогу, – предложила Ираида. – С чего все началось-то?
Я только было хотела рассказать ей все порядку, как Петр Ильич с мамулей уговорили меня создать сенсацию, но в это время зазвонил телефон. Ираида долго говорила, потом как раз вскипел чайник, затем мы немного поболтали о тряпках, перекинулись на знакомых мужчин, и я вдруг попросила Ираиду замолвить за меня словечко перед ее подполковником, в том смысле, не согласится ли он дать мне полное и эксклюзивное интервью на тему расследования убийства Антонова.
Ираида подумала и обещала поспособствовать ради нашей старой дружбы, на том мы и распрощались.
