Ну, хоть один человек радовался концу моего неслучившегося романа с талантливым и сексуальным рейнджером Джетро: Марта. Впрочем, она не прыгала в восторге из-за с треском провалившегося свидания или решения Джетро устраниться из моей жизни, потому что я ей об этом не рассказала.
Она обрадовалась, что я превратилась в трудоголика в последней стадии.
– Ого, Сиенна, у меня просто нет слов! – Я слышала, как Марта листает страницы, читая первый вариант нового сценария. – Когда ты успела столько написать?
– Я в последнее время плохо сплю.
Две недели после свидания-катастрофы я работала как одержимая (а еще включала подборку
У наших детей были бы его глаза и мои ямочки…
Ох, я просто не узнаю себя. Кто эта жалкая личность? Мы сходили-то на одно свидание. Одно-единственное!
Одно свидание, чокнутая! Всего одно неудачное свидание и один прекрасный поцелуй. Так что кончай выбирать имена для ваших детей.
– Не терпится запустить коготки в Девушку-Сокрушительницу, а? – Марта звонко засмеялась над моим нетерпением досняться в нынешнем фильме и взяться за экшен о супергероине, как она думала.
Несколько недель с того достопамятного ужина с Джетро я если не спала и не снималась, то писала сценарий. Или давала интервью по телефону. Или подгоняла всякую дребедень. Я сократила сон с шести часов до четырех, потому что не хотела лежать без сна и мучиться мыслями, и шла в кровать, когда уже валилась с ног.
Я была одинока, но отказывалась что-то с этим делать. Несколько раз звонил Хэнк – я отказывалась увидеться с ним под разными предлогами. Дженис и Йон приглашали меня на экскурсии, но я отговаривалась, предпочитая работу и одиночество.
Рейнджера Джетро оказалось трудно забыть.
– Барнаби не ожидал сценария до следующего месяца. Он придет в восторг!
– Ура, – безразлично отозвалась я, но взяла себя в руки. Сестра не заслуживает плохого отношения. Она не виновата в моей хандре.
Я сама во всем виновата.
– Да, так вот, насчет премьеры в Лондоне, – сменила тему Марта. Сегодня утром она была сама деловитость.
– Да, премьера…
Я едва совладала с собой. Мне все виделось в черном свете, и я разбрасывалась своим настроением, как рисом на свадьбе. Никому не нужен мой свадебный рис дурного настроения. Никому.
Я заговорила снова с вымученной жизнерадостностью в голосе:
– Значит, премьера. В Лондоне. Марта, а что, если я пойду с папой?
– Нет-нет-нет, мы об этом уже говорили. Там будут Кев и Тейт. Наша цель – укрепить твой имидж молодой, сексуальной и не обремененной заботами знаменитости. Ты должна кого-то привести, чтобы люди только о вас и говорили. Нам нужно больше шумихи, а не меньше.
– Прекрасно. – Я с трудом сдержалась, чтобы не зарычать.
– Хочешь, я позвоню Дженни и узнаю, кому из ее клиентов срочно нужна реклама?
– Нет, не хочу.
Марта помолчала, просчитывая варианты. К моему ужасу, она предложила:
– Даже если вы придете с Томом просто как друзья, на вас все равно обратят внимание.
– Вот уж это нет. Ни под каким видом.
– Ну, ладно, – разочарованно протянула Марта. – Но времени осталось в обрез.
В дверь трейлера постучали, и я выпрямилась на своей кушетке.
– Слушай, давай пока завершим. Я позвонила убедиться, что ты получила сценарий.
– Хорошо, завершим так завершим, – рассеянно отозвалась сестра. – Поговорим потом. И подумай, пожалуйста, еще раз над разворотом в «Плейбое»!
Я стиснула зубы, не желая спорить. Я уже отклоняла это предложение шесть раз, и мне было неохота снова аргументировать свое решение.
Я пошла к двери, которую Дейв приоткрыл на щелочку, и прощебетала на прощание:
– Хорошо, пока!
Дейв подождал, пока я закончу звонок, и сказал:
– Сьюзи пришла делать тебе грим.
– Отлично! – Я зевнула, потянулась и отступила, давая Сьюзи пройти и указав на кофемашину: – Кофе есть, если хочешь, но он уже почти кончился.
Гримерша сморщила нос:
– Сиенна, детка, уже почти четыре часа. Если я выпью кофе, ночью не засну.
Я села в кресло и снова зевнула, пока Сьюзи закалывала мне волосы и наносила основу. Мысли начали разбредаться, устремившись, разумеется, к Джетро, и привычная сосущая тоска в груди вызвала вздох.
– Что это ты вздыхаешь? – нахмурилась Сьюзи, глядя на меня с беспокойством.
– Устала просто, – улыбнулась я.
Сьюзи это не убедило. Мы не были совсем уж подругами, но у нас сложились прекрасные рабочие отношения. Трудно дружить с кем-то, если платишь ему зарплату.
Приподняв безупречно ухоженную левую бровь с тройным пирсингом, Сьюзи перестала делать мне макияж и требовательно спросила:
– Что с тобой?
– А что?
– Мы уже сколько вместе работаем, четыре года?
– Почти пять.
– Да у тебя же депрессия! – заявила она обвинительным тоном, не допускавшим возражений. – За десять дней ты ни разу не спросила, «влажная» ли я. Между прочим, однажды я действительно была влажная, а ты и не спросила! Что происходит? И не говори, что ничего!
