Илья дал сигнал Егору, и тот сложив хитро ладони «застрекотал», эмитируя какое-то насекомое. В ответ они услышали, как «ахнула» ночная птица. Судьба сидящих у костра была решена.
Две стрелы оборвали разговор двух степняков, вонзившись в их тела. Двое других успели только вскочить на ноги и были так же поражены опытными лучниками. Сам Илья не умел ловко стрелять из лука и мог только наблюдать как стреляет Егор и Валентин, которые, по всей вероятности, обучались этому мастерству с детства. Их небольшой отряд соединился, зачистив берег.
Пока его люди «прибирались» у костра, Илья пошел на берег и воткнул горящий факел, подавая сигнал своим, которые наверняка смотрели на их берег из полной темноты.
Степняков усадили на свои места и подперли тела рогатинами, чтобы из далека выглядело все натурально, а большего и не требовалось. Теперь им только нужно было следить, чтобы никто не подходил к берегу, пока не прибудут с той стороны первые плоты. Переправа началась.
Оставив охранять берег Егора и Валентина, Илья, взяв с собой Рябого и пошел дальше, нужно было посмотреть сколько людей в лагере степняков. Дело было не хитрое. Их лагерь находился не так далеко. Они и отходили от берега для того, чтобы скрывать свою численность.
Впереди, на большой опушке виднелись костры. Илья стал считать шатры. Насчитал двадцать штук воинских и два побольше. Его опыт подсказывал что это где-то от восьмидесяти до ста воинов.
Не успел он еще и подумать о том, как все здорово складывается, как от костров стали вставать степняки и направляться в их сторону.
И прекрасно это осознавая он испросил совета у Рябого:
По тропе их шло пятеро. Четыре воина-степняка и офицер, который видно и сменял караул. Они шли, ничего не подозревая. Для них это была рутинная работа, судя по кислым лицам. Им предстояло встретить холодное, сырое утро не закутанными в теплые шкуры, а на берегу реки, от которой еще и тянуло тиной.
Такие мысли могли бы быть у этих воинов, если бы сбоку от тропы не взметнулась тень и не устроила пляску смерти.
Их командир оказался очень шустрым и уже было развернулся в сторону лагеря, но от тропы отделилась вторая тень и нанесла ему сильнейший хук в челюсть, от которого он упал на землю.
Илье не хотелось смотреть в ту сторону, где только что поработал Рябой, зрелище было еще то, у бедолаг не было ни единого шанса против него. Поэтому он стал сам «пеленать» своего пленника.
Когда они добрались до костра, то на берегу уже высадились первые отряды и заняли позиции.
Рябой снял с плеча связанного пленника, положил у костра и стал хлопать по щекам, приводя в чувства. Тот очнулся и видя в каком позорном положении он находится, стал извиваться, бешено вращать глазами, словно хотел ими пробуравить противников.
Все что происходило дальше, кроме как бойней не назовешь. Степняки хороши в степи, когда у них есть лошади и простор для маневра. Но когда их обошли полукольцом и прижали к лесу, то сопротивлялись они не долго. Много их воинов полегло на той поляне, в плен взяли не больше двадцати. Так пролилась первая кровь и состоялась маленькая битва в большой череде баталий.
Илья вышел вперед перед строем, четко чеканя шаг. Муштра — это самое первое, что вбивали в голову и тело, даже таким независим людям. Армия и есть армия.