Повышение цен на российский экспорт газа до мирового уровня – это самостоятельная экономическая задача, решение которой необходимо. Рыночный подход должен действовать в отношении не только Украины, но и всех стран бывшего СССР. Если мы считаем, что кто-либо может получать дотации за счет российских налогоплательщиков, то этот вопрос должен рассматриваться в рамках обсуждения федерального бюджета. Каждый российский налогоплательщик имеет право знать, во что обходится поддержка наших политических партнеров и союзников. Для облегчения тяжелого социального положения значительной части граждан России ключевое значение имеет использование полученной «Газпромом» дополнительной выручки. Однако, учитывая масштабы коррупции в нашей стране, закрытость и непрозрачность деятельности газового монополиста, нет оснований полагать, что увеличение доходов положительно скажется на повышении уровня жизни граждан России. Ранее заявленная «Газпромом» программа газификации в течение 3 лет 11 млн российских потребителей в сегодняшних обстоятельствах нами рассматривается как абсолютно недостаточная, если даже допустить, что она будет реально выполняться.
Но в последние дни серьезную обеспокоенность вызывает то, что, судя по заявлениям и действиям представителей российского руководства, главным для него является не получение дополнительных средств для улучшения условий жизни россиян, а геополитические притязания в советском стиле, удовлетворение амбиций, месть за желание соседей жить по-своему, выяснение отношений с украинскими политиками.
При этом не учитывается то, что дружба с близкой нам исторически, культурно и духовно Украиной, сохранение особых отношений братских российского и украинского народов – задача, стратегически гораздо более важная для нашей страны, чем установление справедливых цен на газ с 1 января, а не, например, с 1 сентября будущего года.
Действительно государственная задача установления союзнических равноправных отношений с нашим ближайшим и важнейшим соседом подменяется возвращением к имперской политике в форме очередной попытки установить с соседями отношения диктата и подчинения. Это чрезвычайно опасно.
Нельзя ради выяснения отношений между политическим руководством двух стран ставить под угрозу связи между нашими народами. Нельзя не принимать во внимание последствия действий российской стороны для рядовых граждан Украины. Нельзя увязывать проблему справедливой платы за российский газ с вопросом о территориальной целостности Украины и тем самым создавать условия для превращения братских народов в потенциальных противников.
Главная ошибка в том, что в Кремле считают, что стремление Украины к интеграции с Европой неприемлемо для России и уже сделало ее чужой для россиян. Но на самом деле европейская интеграция самой России и значительной части постсоветского пространства в ХХI веке – это наша жизненно важная задача и цель, достижение которой необходимо для сохранения России как мировой державы и обеспечения достойного уровня жизни ее граждан.
Недальновидная политика нынешнего руководства страны в отношении Украины будет иметь долговременные негативные последствия в первую очередь для России. А что касается цен на газ, то добиться установления рыночной цены на российский газ, не возводя стену отчуждения между россиянами и украинцами, может и непросто, но в решении таких проблем и должен проявляться профессионализм политиков.
У меня всю жизнь чувство, что я пристаю к людям. Они сидят себе дома, едят ватрушки – и вдруг в комнату входит Григорий Алексеевич и начинает впаривать им про антинародный режим.
Было время, когда я выбирал, что лучше купить: хлеб или картошку. Если что – смогу жить и так. Я работал слесарем. Руки помнят.
В самом серьезном человек всегда одинок.
Денег надо иметь столько, чтобы ощущать себя состоятельным сделать, что надо.
Что я чувствую, приходя в Думу? С чем сравнить? С селевым потоком. Идет лавина, но надо стоять, чтобы тебя не уволокло. Заходишь в зал, где человек четыреста, и физически ощущаешь их неприязнь. Поднимаешься на трибуну и в своем сознании как бы приказываешь этим четыремстам: на-зад. И они – слушают.
Замечаю среди знакомых: то обижаются, то капризничают. Это от одиночества. В метро много злых от одиночества.
Маргинал — не всегда оскорбление. Почему надо непременно быть с «массой»?
Я спросил маму: «Как же ты, окончившая университет с красным дипломом, могла выйти за беспризорника c двумя классами образования?» А она сказала: «Когда твой отец шел по другой стороне улицы, и на этой стороне чувствовала: идет благородный мужчина».
Что отец делал бы в 2005-ом? Был бы Лимоновым. И таким, что Лимонову не снилось. Он ни за что бы не принял этого масштаба лжи и цинизма.
