Бодин любила канун Рождества. Комплекс закрывался в полдень после всех проверок и оставался закрытым весь следующий день. Конечно, охрана продолжала дежурить посменно, лошади тоже требовали ухода. Но все равно сотрудники получали полтора свободных дня и могли провести их с друзьями и семьей.
На ранчо приедут с ночевкой бабушки, а работники ранчо, не уехавшие к своим близким, тоже получали хорошее угощение.
Бодин возвращалась домой с Колленом – у них вошло в обычай ездить на работу верхом не меньше трех раз в неделю – сквозь густой рождественский снегопад.
– Ты навестишь мать и сестру на Рождество? – спросила она.
– Да, завтра. Поеду на праздничный обед.
– Передай им привет от меня. А чем ты занимался на Рождество в Калифорнии?
– Бездельничал с друзьями. Вот как буду сегодня вечером у вас.
– У нас еды наготовлено на целую армию. Я только благодарю Господа, что наши женщины сообразили много лет назад заказывать все на гостиничной кухне. Иначе я бы сейчас пришла домой и сразу принялась что-то мыть, чистить, нарезать.
– Ты могла бы спрятаться в моей хижине и помочь мне разобраться с подарками, которые я повезу завтра сестре.
– Ты их еще не завернул?
– У меня есть время до завтрашнего дня, верно? Да я и не заворачиваю. Для этого есть красивые сумочки. – Он посмотрел на Бодин. Она заплела волосы в косу, длинную и темную, а ее лицо зарделось от холода и удовольствия. – А ты все завернула?
– Завернула, перевязала ленточками, надписала и положила под елочку.
Как лукаво она посмотрела на него! И сама хорошенькая, будто рождественская ленточка.
– Выпендреж.
Рассмеявшись, она наклонила голову и заморгала.
– Если я разумная и организованная, это не означает, что я выпендриваюсь. Плюс к этому я признаюсь, что мне помогала Сол. Она любит возиться с подарками, заворачивать их, и она справляется с этим в сто раз лучше меня, хоть и возится долго. И это отвлекает ее. – Ее улыбка померкла и исчезла. – Она тоскует по Билли Джин. Они всегда проводили вместе канун Рождества и пили коктейли с шампанским. А тут еще пропала и вторая девушка. Сол решила, что это дело рук того же типа, который убил Билли Джин.
Коллен ничего не ответил, и Бодин посмотрела на него:
– Ты тоже так считаешь?
– Они обе оказались одни, у обеих неполадки с машиной – у одной кончился бензин, у другой лопнула шина. А уж об остальном пускай думает шериф.
– Машина стояла на домкрате, словно она уже начала менять колесо. Но у нее не было гаечного ключа – судя по тому, что я читал. Похоже, она могла кому-то позвонить. Ее мать сказала, что у нее был телефон, когда она уезжала. Но, может, батарея села. Вполне вероятно, что она поймала попутку, и тогда…
– Возможно, я проезжала мимо нее, – добавила Бодин. – Весьма вероятно.
– Когда проезжала?
– В газете сообщили, в какое время она уехала от матери. Она приезжала, чтобы повидаться с матерью, и возвращалась в Миссулу. Там она собиралась встретиться с подругами по колледжу. Она училась в местном университете. Я должна была проехать мимо нее в тот вечер, поскольку машину обнаружили как раз там, где я проезжала. Поразительно, и как я ее не заметила. – Она удивленно покачала головой. – Но, по-моему, то, что случилось с Билли Джин, – дело рук кого-то постороннего. Возможно даже, кого-нибудь из наших отдыхающих, хотя мне неприятно так думать. Мне кажется, ту девочку кто-то просто похитил, и это ужасно, но не так страшно. Ей всего восемнадцать – молоденькая, – а Билли Джин ездила домой той дорогой почти каждый вечер. Как я слышала, эта Кэрин Эллисон приезжала домой на пару недель.
Коллен понимал, почему Бодин хотелось верить в это, – может, она и была права. Однако в какой-то степени это успокаивало ее, и она не собиралась принимать меры предосторожности. Поэтому он решительно сказал:
– Это могли быть два разных человека, которые в течение одного месяца и на расстоянии двадцати миль один от другого совершили преступления, напав на двух женщин, у которых что-то стряслось с тачкой.
Бодин шумно выдохнула:
– Как раз это и я говорю Сол, когда она рассуждает об этом, и самой себе, потому что хочу спокойно спать ночью.
Его успокоил ее ответ, и он кивнул:
– Вреда в этом нет, если ты будешь вести себя разумно и смотреть в оба. Впрочем, я не помню, чтобы ты когда-нибудь поступала иначе.
– Я даже не понимаю, почему говорю об этом в мой самый любимый вечер в году. Разве что, подумав, как будет рада твоя мать, увидев тебя дома на Рождество, я вспомнила о том, каково сейчас той матери, которая не знает, где ее девочка и жива ли она.
Она наклонилась и погладила Лео, чтобы как-то успокоиться, потом выпрямилась.
– Постой. Смотреть в оба? Поэтому либо ты, либо Рори просите вас подвезти, если я еду на машине, а не верхом на Лео?
Коллен равнодушно пожал плечами:
– Мы просто экономим бензин.
Ее сарказм растекался как растаявший лед.
– Вспомнили про экологию?
– Про нее надо почаще вспоминать.
Ей нечего было возразить. И она осознала, когда все высказала, что не может на них сердиться.
