Не знаю, что это было. Нет, я знаю, что это было. Бывают вещи, которые происходят спонтанно, и ты не знаешь до конца своих способностей. Рассказывали историю мамы Тани Синициной. То есть, она и сама и рассказывала. Это когда ей на ногу наехал грузовки, но мама подняла грузовик и поставила в сторону. И все говорили:
-Тань, это так. Нет, подумай сама. Попробуй, подними грузовик.
Все это говорило лишь о том, что граница Хаоса - это особенное место, доступная через прибор "СДО-31". Но то, что мысль привела к инициации, и вместо того, чтобы разобраться с бандюганами на месте, мы вдруг провалились, было следствием корней. Об этом надо рассказать потом. Потому что, едва мы вышли, чтобы начать базар-вокзал, всю нашу группу, включая Ованеса, включая оппонентов - понесло.
Это понятно и непонятно, потому что прибор стоял в состоянии ожидании и просто так включиться не мог, если б только кто-то случайно не нажал на кнопку. Нас могло утащить в воронку. Но, в данном случае, это был короткий путь к границам Хаоса. Это - очень тонкий момент, потому что, попав в данную аномалию, живое существо не выберется назад. Всё зависит от генетических особенностей. Я выберусь (в силу этого). Нет, в данном случае, речь идёт лишь о несакционированном провале, так как "СДО-31" обязан сам следить за временем и включить обратную тягу в нужный момент.
Я довольно часто проваливаюсь в межвременье. Штука сложная. Всякий раз думаешь, что ты не выйдешь назад. И там, знаете, там есть жизнь, там есть другие провалившиеся, которые живут либо в одиночестве, либо собираются в группы посреди пустых городов межвременья, и почти никто оттуда не вернулся. Это простая, на самом деле, вещь - потому что время не так банально. Нулевое, застывшее, время - обыденность для тех, кто знает.
Мы остановились, Клинских вышел, чтобы предьявить своё участие, но спустя секунды мы снова ехали. И всё ехало. И мир, и время, и воздух - навстречу чему-то. Там, быть может, находилась дыра, и воздух бы неприменно вышел наружу, и всем бы был конец. Хаос. Наш провал доходил до самого дна. Но прибор не мог сработать сам.
СССР, где ты? Что мы тут делаем?
Мы стояли на самом краю, и не было слов, чтобы дать имена предметам. И каждый предмет нёс частица перманентного слова.
-Облом, - проговорил Клинских, увеличиваясь в размерах.
-Ну, - сказал я первое, что пришло в голову.
Понятное дело, что чувачки ехали, чтобы, может быть, засадить Ованесу ножик про меж рёбер. Мне всегда интересны внутренности мозгов. Что же теперь? Каково им?
-Извините, братцы, - сказал Дро.
-Надо пояснить, - сказал я.
Конечно, никто не говорил, никто не видел в себе возможности сгенерировать образ в знаке. То есть, говорить. То есть, можно сказать, что это был конец. И я не уверен, выбрали бы Дро один? Если в тебе нет нужной генетики, то из такого провала ты не выйдешь.
Чуваки лежали и сидели, кто где. "Тройка" стояла на боку. Некий Сачик сжался, будто бы вымытый под душем воробей. Да, что тут добавить? Клинских почему-то увеличился в размерах и был размером с тигра. Глаза его пульсировали.
-Офигеть тебя раздуло, - проговорил Дро.
-Давай, садись, - сказал я Ованесу.
Конечно, их тут можно было и оставить. Я думаю, смерть была бы безболезненной. Ты идешь по самой кромке материи - рядом с тобой бьется сердце самой странной и совершенной вселенной, и ты отделен от неё полупрозрачной плёнкой. Можно всматриваться. Можно кричать. Ты будто бы рядом со стеной океанария. Тут - конец всему. Там - его величество Хаос. Земля же тут ровная. Будто бы - один сплошной пол. Но, помимо всей этой беспримерной ровности, где-то здесь, на краю, растут энергетические образования. Их еще называют отцами. Это сложная штука, по форме напоминающая христианский храм. Можно внутрь зайти. Там - своя особенная жизнь. Но, впрочем, всё это было необдуманно. Ибо, если чуваков возвращать, то кто даст гарантию, что они потом не начнут ходить и пересказывать свою историю. Их закроют на дурку, впрочем. Только и всего.
-Будете хорошо вести себя - вернетесь, - сказал я.
-Хлеб еще есть, булка, - сказал Дро, - нате.
-Не понял, - грозно проговорил Клинских (тигр просто), - как нам отсюда выйти? Что случилось?
-Это - яма на кромки Хаоса, - сказал я, - надо выходить. Провалиться можно быстро, а выйти - никогда. Хотя, если у прибора произошла самосработка, неизвестно, как двигаться назад.
-Я знаю, что никогда, - ответил Дро, - твои соображения?
-Идём, - сказал я, - когда я начинал свою деятельность, еще до университета, в спецшколе, всем раздавали чужие гены. Я выбрал какой-то существо, которое было найдено в лесах Сибири - оно выбралось из Хаоса, добралось до наших широт и засохло. С тех пор я время от времени попадаю в такие ямы. Я лишь размушляю - почему произошла самоинициация "СДО-31". Возможно, дело совсем не в этом. Не знаю.
-Ты тут уже был? - спросил Дро.
-Ты читал теории о Хаосе?
-Читал.
-А вот что касается практики, зарисовок, фотографий, кое-что составил именно я. Ну, ты же знаешь, сейчас этим заведует Савелий Машино.
-Но самое главное - это бойцы.
