– А тут бы и выскочили Вы с товарищем Сталиным, как черти из табакерки, да?– зло спросил я.– Воскресший вождь, предлагающий бессмертие: собачки Павлова выстроились бы в очередь до самой Луны! Теперь я понимаю, чего Вас лишили. Ваш камень оказался бумажным!
По лицу Виктора Антоновича я видел, что ему не понравились мои слова, но меня это волновало в последнюю очередь.
Он поддел носком лакированного ботинка жухлую траву:
– Вам трудно понять обуревающие меня чувства, но эти люди прошлись катком по нашему плану. Речь идёт не о моём задетом самолюбии, но подобные действия сродни объявлению войны. Что же, вызов брошен, и он принят.
– Будете набирать армию?– ехидно поинтересовался я.
– Слишком многое поставлено на кон,– казалось, Виктор Антонович не заметил моей иронии, раздумывая о чём-то своём.
– Понятное дело,– мне очень хотелось выговориться,– вся грязь, которую Вы хотели вылить на них, теперь может оказаться на головах Ваших друзей. И Вашей голове.
– Проиграть одно сражение не значит проиграть войну,– ответил он одной известной фразой.
– Теперь у товарища Сталина,– сказал я,– есть только один шанс занять руководящий пост, это выборы. Но я очень сильно сомневаюсь, что ему под силу победить нынешнего президента, даже пообещай он всем вечную жизнь. Кишка тонка!
– Тут существует множество различных вариантов,– Виктор Антонович хрустнул пальцами,– например, нынешний президент может спокойно отказаться от власти в его пользу, убедив своих сторонников сделать это. Ведь он сам занял свой пост благодаря некой хитрой и весьма продуманной комбинации. Отчего же не повторить этот трюк ещё раз?
– Что позволено Юпитеру, не позволено быку,– напомнил я ему старую истину.– И с какого перепуга президент пойдёт на такой шаг?
– Можно предположить, что добровольно не пойдёт,– ответил Виктор Антонович,– но если представить ситуацию, в которой на его месте окажется очень похожий человек, наш человек, то согласитесь, это будет совершенно иной расклад. Никто и глазом моргнуть не успеет, как товарищ Сталин окажется на своём рабочем месте.
– Подменить президента? А каким образом Вы провернёте подобную комбинацию? Его же круглосуточно охраняют. Для того чтобы сделать это, необходимо сменить всю охрану, да и всех ближайших соратников в окружении.
Виктор Антонович сладко улыбнулся:
– Мне очень нравится ход Ваших мыслей. Из Вас, Гоша, со временем может получиться недурственный стратег.
«Вон ты куда гнёшь,– подумал я,– натренировался на артистах и решил, что подобные фокусы пройдут и в политике. Завести в Кремль товарища Сталина и управлять страной по своему разумению, прикрываясь его именем? Неплохо. Капитан говорил о растущих аппетитах «Системы», но ничего не говорил о том, что ей управляют безумцы. Будь внимателен, Гоша, кажется, лирика закончилась, и наступают смутные времена».
– Но вообще-то это называется заговором,– вслух произнёс я.
Он громко хлопнул в ладоши:
– Точно, Гоша, и теперь Вы его непосредственный участник. Вспомните Отечественную историю: дворцовые перевороты в России это норма. Одним больше, одним меньше, что с того?
– Послушайте, Виктор Антонович, я, если честно, ничего не имею против нынешней власти. Даже являюсь её сторонником. Конечно, справедливости ради стоит признать, что она допускает ошибки, но не ошибается тот, кто ничего не делает. И где гарантия, что товарищ Сталин, придя к власти, не натворит таких дел, что потом сто лет разгребать будем?
– Чтобы он не натворил, как Вы выражаетесь, ненужных дел, с ним будет работать команда профессионалов, и при желании Вы можете стать одним из её членов.
Я сделал вид, что не услышал его последних слов:
– Но Вы сами подтвердили, что история с артистами провалилась, и Ваш план не сработал.
Виктор Антонович лукаво улыбнулся:
– Мы серьёзные люди. Неужели Вы могли подумать, что все яйца были сложены в одну корзину? Отдавая себе отчёт, что идеальных планов не существует мы, конечно же, разработали их несколько.
– Поделитесь?
– Извините, Гоша, для Вас это пока закрытая тема. Не подумайте ничего плохого, лично я в Вас не сомневаюсь, но полную информацию Вы сможете узнать только с одобрения всех участников нашей группы. А это может произойти только после того, как мы поймём, для чего Вы нужны нашим антагонистам.
– Понимаю. В таком случае давайте поговорим на более открытые темы.
– Без проблем. Что конкретно Вас интересует?
– Наша недавняя операция. Каким образом этим людям удалось узнать о ней?
– Мы разбираемся с этим вопросом. К сожалению, о ней знал достаточно широкий круг участников, и быстро вычислить, от кого произошла утечка, не получится.
– Человек, с которым я беседовал, сказал, что дом принадлежит ему.
