– В нескольких кварталах отсюда находится вещевой рынок, он работает допоздна.
– Веди.
Через тридцать минут мы оказались одеты в джинсовые костюмы, дополняли наш гардероб широкополые шляпы и чёрные очки.
Старая одежда поместилась в большой мусорный пакет, который я засунул в урну.
Бородатый кавказец удовлетворённо подсчитывал выручку.
– Брат,– сказал я ему,– нужны телефоны, но такие, чтобы не совсем уж засвеченные. И карточки с номерами.
– Будет сделано, дорогой,– ответил он, тут же начав кому-то звонить.
Через пару минут возле нас появился ещё один бородатый тип с небольшой спортивной сумкой в руках и начал выкладывать из неё телефоны.
– Мамой клянусь,– сказал он, прижимая руки к груди,– все аппараты чистые, лично по базе пробивал.
Мы выбрали простые кнопочные телефоны, произведённые в начале века в Финляндии и, поблагодарив обоих, удалились.
– Куда дальше?– спросила Рина.
– Питер ждёт,– коротко ответил я.
Дойдя до большого шоссе, мы увидели несколько машин, стоящих перед автобусной остановкой.
После недолгого торга с таксистом мы сошлись на том, что тридцати пяти тысяч рублей для путешествия из одной столицы в другую ему хватит за глаза.
– Не отказалась бы от кофе,– сказала Рина, пристёгивая ремень.
– Через пять минут будем на заправке,– ответил ей водитель.
– Возьмите нам два на свой вкус,– попросил я, протягивая ему пятисотрублёвую купюру.
– Все заправки нашпигованы камерами,– пояснил я Рине,– нам не стоит светиться.
– Ты его убил?– шепнула она, видимо, имея в виду Толика.
– Что ты,– я погладил её по руке,– полежит часик и будет как новый.
До выезда на платную дорогу мы молчали, наслаждаясь горьким вкусом напитка.
– Как ты догадался?– спросила она через некоторое время.
– Минутку,– я коснулся рукой плеча водителя,– остановитесь, пожалуйста.
Прижав машину к отбойнику, он включил аварийный сигнал и повернулся ко мне.
Протяну деньги, я поймал его взгляд:
– Сейчас мы будем беседовать, а Вы навсегда забудете всё, что будет сказано между нами. Следите за дорогой и не превышайте скорость. Вам всё понятно?
Будто перезаряжаясь, он несколько раз неестественно дёрнул головой.
– Тогда поехали.
Сделав глоток, я повернулся к Рине.
– Слушай внимательно. Первое: у меня в голове всё время крутился твой вопрос о том, почему товарищ Сталин безбоязненно разгуливает под носом у всех. Возможности поиска людей «Системой» почти безграничны, так как она является государственной конторой со всеми вытекающими из этого обстоятельствами. Я уже видел одного фальшивого Сталина и этого считаю таким же. В разговоре со мной его жена упомянула, что кто-то сказал ему о сходстве со Сталиным, после чего он и начал играть в вождя народов. В этом я с ней согласен, она полностью права: он и в самом деле Зураб, запрограммированный на исполнение чужой роли или с удовольствием играющий её. Меня самого удивило, как быстро мы его нашли. Я даже не сделал попытки нажать на него, а он почти сразу признался в том, что является тем, кого мы ищем. Как- будто ждал этого момента. Да и встречу с этой женщиной через столько лет вряд ли можно считать случайной. Из этого я сделал простой вывод: кто-то очень хорошо знаком с нашими действиями и понимает, что мы будем делать или предпринимать. Каждый наш шаг находится под неусыпным контролем, нас ведут, разыгрывая спектакль, в котором мы являемся простыми статистами. А как им было узнать, о чём мы с тобой разговариваем? Только через прослушивающее устройство. Сначала я грешил на однокнопочный телефон, но потом понял, что тут нечто другое. Оставалось только понять, что именно?
– Давно у тебя появились эти подозрения?
– В тот момент, когда направляясь к гаражу товарища Сталина, мы обходили беседку, в которой пили чай. Помнишь, как мастерски он был за ней замаскирован?
– Ну и что? Причём тут одно к другому?
– А притом, что он был расписан одним неизвестным мне гениальным художником. Именно его работой ты была поражена в московском офисе «Системы», а я любовался небывалыми по точности передачи картинами ещё в двух местах. Руку такого мастера нельзя перепутать. Выходит, этот парень работает на обе стороны, а они этого не знают? Или делают вид, что не знают? Или знают, но не афишируют?
Рина молчала, обдумывая мои вопросы.
– Второе,– продолжил я,– почему твоё руководство до сих пор не накрыло дом, из которого в самый центр Москвы ведёт подземная дорога? Объяснения Валерия Фёдоровича для меня просто смехотворны. Все подземелья охраняются так, что мышь не проскочит. Пару лет назад один парень проник под Кремль и опубликовал фото своих похождений. ФСО таскала его к себе целый месяц, он едва избежал реального срока. Ну а история с кражей Президента это просто космос! Ничего более абсурдного я ещё не слышал. Кстати, ты заметила, что его выступление было перенесено? Казалось бы, вот Сталин, вот двойник во главе государства, самое время менять власть. Но этого не происходит. Отчего? У меня есть только один ответ: с Президентом всё в порядке и его не надо искать. Он сидит на своём рабочем месте и большой вопрос, знает ли, что творится у него за спиной?
