В зале царило оживление, почти все столики были заняты нашими работниками и я уже собрался устроиться за стойкой, но в этот момент увидел в углу возле окна, сидящего ко мне спиной Куратора.
Напротив него сидела симпатичная девушка, в которой я узнал работницу склада Настю.
Куратор, что-то говоря, размахивал руками, Настя морщилась, отрицательно качала головой, и лицо у неё было такое, как- будто она вот-вот расплачется.
– Кофе,– сделал я заказ бармену, отлично знающему мой вкус, и неспешно двинулся в их сторону.
– Разрешите?– спросил я и присел на стул рядом с Настей, не дожидаясь ответа её собеседника.
У Куратора округлились глаза, от удивления он раскрыл рот, и я сразу почувствовал липкий неприятный запах, идущий из его рта.
Настя, похоже, обрадовалась моему появлению, но я заметил слезинки в уголках её глаз.
– Хочешь, чтобы он ушёл?– спросил я, словно не замечая его реакции.
Она молчала, и это было вполне объяснимо: Куратор являлся её непосредственным начальником, как, впрочем, и моим.
– Дама желает, чтобы Вы покинули помещение!– громко объявил я, указывая рукой в направлении выхода.
Покраснев, Куратор вскочил, с грохотом уронив стул.
Люди за соседними столиками с интересом смотрели на нас.
– Ждите меня в своём кабинете,– ухмыльнулся я ему в лицо,– допью кофе, а после мы с Вами побеседуем.
– Да как ты смеешь?– завопил он, оглядываясь по сторонам, словно ища поддержку у сидящих вокруг людей.
Желающих помочь ему не нашлось.
– Опять хамите?– я встал, возвышаясь над его тщедушной фигурой.
Издав странный горловой звук, похожий на бульканье воды в унитазе, он бросился к двери.
– Спасибо,– по щекам Насти потекли слёзы.
– А ну, пойдём, погуляем,– я протянул ей салфетку.
На улице я повёл её в сторону реки.
– Рассказывай,– потребовал я, когда мы отошли достаточно далеко от офиса.
– А что рассказывать?– она промокнула глаза.– Влада убили.
– Знаю.
– А что мы с ним встречались почти два года, тоже знаешь?
– Подожди, Настя,– я был искренне удивлён,– он же совсем недавно появился у нас.
Она тяжело вздохнула:
– Появился недавно, но всегда числился в конторе. Просто был выведен за штат.
– Погоди, не понимаю,– я действительно не понимал,– числился в роли кого?
– Художника-оформителя,– ответила она.
– Это как?
– Все документы и подписи на них его работа,– пояснила она.– Влад был гениальным художником, если бы ты видел его работы! Он должен был выставляться в лучших музеях мира, а его использовали в качестве маляра, заставляя расписывать заборы и гаражи начальства! Он очень страдал от этого, и всё время просился на настоящее дело. И вот напросился. Разве это справедливо?
Слёзы опять потекли у неё из глаз.
Ошарашенный, я не знал, что ответить ей, но одно теперь знал точно: Валерий Фёдорович лгал мне.
Лгал сознательно и самым наглым образом.
«Система» никогда не делилась на две противоположные части, являясь одним целым и работая над решением одной поставленной задачи.
– Настя,– я погладил её по плечу,– к сожалению, его уже не вернуть. Скажи, чего от тебя хочет Куратор?
– Он уже несколько лет ухаживает за мной,– всхлипнула она,– а когда узнал, что мы с Владом встречаемся, просто взбесился. Думаю, он не случайно послал Влада на эту операцию, потому что знал, чем она для него закончится. Это он из ревности убил его или приказал своим людям, я чувствую!
– Это очень серьёзное обвинение,– немного подумав, сказал я,– возможно, сама не думая об этом, ты дала ему повод…
Я замолчал, не зная, как выразить свою мысль.
Настя нервно рассмеялась сквозь слёзы:
– Гоша, что ты такое говоришь? Ты вообще представляешь себе, что этого человека можно поцеловать или спать с ним в одной постели? От него несёт как от помойки. Я сразу же с хода отвергла все его ухаживания, а сейчас он опять начал приставать.
– Он что-то говорил тебе о его смерти?
– Сказал, что ему поломали шейные позвонки.
– А почему их не поломали мне, не сказал?
Она отрицательно покачала головой:
– Гоша, скажи честно, ты мог ему помочь?
– Нет, в тот момент не мог, но я обязательно узнаю правду, а потом её узнаешь ты, клянусь!
– Одному тебе я и верю,– развернувшись, она быстрым шагом пошла в сторону офиса.
Облокотившись на перила, я обрабатывал полученную информацию.
Мимо проплыл пароходик с туристами: приветствуя меня, они помахали руками и, сняв шляпу, я помахал в ответ.
«Гениальный художник оказался моим напарником, рвущимся на серьёзное дело, или он никуда не рвался, а Куратор воспользовался подходящим моментом, чтобы убрать конкурента? Перед началом операции он угрожал Владу, но кто знал, что дело может зайти так далеко? Помнится, старина Шекспир утверждал, что ревность способна на самые бесчеловечные поступки и, похоже, он был прав».
Вопросов в голове крутилось много, и я понимал, что искать ответы нужно в самых высоких кабинетах и в самых неожиданных местах.
Попав в здание и, не заходя в свой кабинет, я сразу направился к Куратору.
Тот сидел за столом, что-то разглядывая в мониторе.
Увидев меня, он, злорадно усмехнувшись, поднялся и победоносно указал пальцем в экран.
