— Да. Вы хотите, чтобы я вам помогла спасти Генри, но дело в том, что это не мои проблемы.
— Как ты можешь так говорить? — вмешалась Эмма, — он твой племянник!
— Эмма, — перебил её Крюк, — Фрея хотела убить собственную дочь. О какой любви к Генри может идти речь? Она не способна на такие чувства.
— Не правда, — поджала губы брюнетка, — можете верить или нет, но я люблю Ханну. А тепе…
Фрею перебил голос, раздавшийся с лестницы. Джеймс, перепрыгивая ступеньки, сначала обняла Миллс, потом Нила, а потом долго не хотела выпускать его из объятий. Последний раз они виделись пару дней назад, а Ханне очень хотелось наверстать то время, которого Питер Пэн их лишил. И видя, как Ханна счастлива в окружении этих людей, у Фреи непроизвольно сжалось сердце. Она впервые за почти месяц, что дочь живёт в её замке, увидела её улыбку. Она с любовью смотрит на Реджину и Нила, но проблема в том, что на неё она никогда так не посмотрит. Слишком много воды утекло с того времени, слишком много раз она делала ей больно. И это затрагивало её прямо за живое. Она никогда её не простит, никогда не назовёт мамой. В этой жизни никогда…
— Что вы здесь делаете? — спросила Джеймс, наконец отстранясь от Кэссиди, но не переставая улыбаться.
— Уже видимо ничего, — ответила за всех Мери-Маргарет.
Ханна удивлённо уставилась на женщину, которая когда — то была её учительницей. В младших классах конечно. А потом взглянула на свою мать, но уже не таким тёплым взглядом.
— Что ты опять сделала?
— Клянусь, ничего.
— Вот именно, — фыркнула Реджина, всплеснув руками, — ничего! Мы сами спасём Генри и знаем как! Нам нужно лишь достать ящик «Пан…
Тут Реджину прервала Ханна.
— Вы его не найдёте, — помотала головой Джеймс
— И почему же? — спросил Чарминг.
— Много лет назад я с Малией и Эрлом прилетел, чтобы спасти Ханну, — начал Нил, — подловив момент, он украл его, как и украл книгу Джеймса Барри, где были написаны его слабости.
— То есть ты хочешь сказать, что Генри обречён?! — еле сдерживая слезы и еле борясь с дрожью в голосе пролепетала Свон.
Начался спор. Эмма, которая все это время стойко переживала игры на прочность, опустила руки, услышав слова Нила. Как выяснилось позже, они знали как сбежать, как Кэссиди сбежал в прошлый раз с помощью Тени, но как вернуть мальчика до сих пор оставалось загадкой. С этой же секунды Ханну все больше начинала мучать совесть, которая вновь просыпается не во время. Она прикусила костяшку пальцев, раздумывая и взвешивая на воображаемых весах все «за» и «против», пытаясьпросчитать последствия, которые с вероятностью 90 процентов были не в её пользу.
В конце концов Спасители начали уходить, а Ханна решила их проводить. Она с Нилом шла позади и не могла смотреть на него. Он был подавлен и, кажется, постепенно умирал изнутри. Девушка ободряюще улыбнулась, сжала руку мужчины. Тогда он наконец обратил на неё внимание.
— Вы обязательно спасёте Генри. Я уверена, — произнесла Ханна, — главное — это не отчаиваться.
— Почему ты так уверена в этом?
— Всё дело в штихтах, — подмигнула ему Джеймс, как в старые-добрые времена толкнула друга в бок, — ну, же, Нил. Кто меня подбадривал после очередной пьянки моей матери? Кто спасал меня от «шакалов»? Кто, в конце концов, вправлял мне мозги? Так вот теперь, позволь мне оплатить тем же.
— Это другое, Ханна, — слабо улыбнулся кареглазый.
— Не-а, — протянула девушка, — я просто знаю, что вы его спасёте. Просто… Просто не упустите шанс. Даже если тебе придётся пожертвовать чем-то или возможно кем-то — жертвуй. У тебя один сын. Одна семья. И возможно одна попытка, — под конец она говорила как-то печально, что не укрылось от Кэссиди.
— Я тебя не понимаю. К чему ты это говоришь?
— Просто, — ответила Джеймс, наконец отпустив его руку, — береги себя.
Девушка махала команде Спасителей до того, как они скрылись в темно-зелёной листве, держа улыбку на губах. После она изменилась в лице. Чтобы сделать этот шаг нужна огромная сила духа, ведь добровольно идти в логово врага сравни самоубийству. Оглянулась, сделала ещё вдох, выдох.
Она обернулась в волка и рванула в чащу джунглей. Все глубже, глубже и глубже погрязая в его дебрях, ослабив внимание, не зная что за ней все это время наблюдала пара, словно ночь, чёрных глаз.
Любовь — окрыляющее чувство. Благодаря ему люди поднимаются аж на седьмое небо от счастья. Любовь — это как наркотик. Сначала ты думаешь что бросишь, это ненадолго. Я лишь поиграюсь. Ты думаешь о нем минут пять от силы и забываешь на целый день, но проходит время и ты понимаешь, что ты не можешь без этого жить и забываешь лишь на минуту, думаешь о возлюбленном или предмете воздыхания весь день. Он или она становится твоим кислородом, твоим смыслом жизни, зачастую его мнение превыше твоего собственного. Ты полностью растворяешься в этих чувствах. Фрее любовь была не чужда. Она тоже любила и была любимой. Представьте себе, на каждого демона всегда находится свой ангел.
Забини и Джеймс лежали на кровати. Женщина прижалась к нему, вдыхая запах джунглей и лилий, пытаясь насладиться моментом, будто все это в последний раз.
