Дочь вождя тяжело вздохнула и повернула лицо к Ханне. Тогда Джеймс увидела её глаза, карие глаза были красными, мешки под ними занимали пол её лица. Почему-то раньше она этого не замечала. Лилия явно не спала не одну и не две ночи.
— Да, конечно, — еле произнесла она, — спасибо.
— Случилось что-то ещё?
— Да нет, — покачала головой брюнетка, — все правда нормально.
— Да кому ты врешь? — прыснула Ханна, — ты обманываешь только себя, но меня тебе не удасться. Расскажи, тебе не станет легче, но просто поверь, что тебе это нужно.
Лилия отвернула голову и вновь уставилась в одну точку. Ханна поджала губы и, встав с пола, решила вовсе покинуть комнату, но увидев что Джеймс уходит, как Ханна и ожидала, она начала говорить.
— Его звали Чарли.
Ханна осторожно повернулась обратно. Она помнила Чарли Грея и великолепно знала, кем он был. Ещё тогда ей показалось, что оборотень не ровно дышит к дочери вождя.
— И что случилось с Чарли? — осторожно спросила Джеймс, вновь подсев к брюнетке.
— Он… Он…
Лилия пыталась справиться с эмоциями, но слишком много нахлынуло на неё. Казалось, мир решил, что она живёт слишком сладко, именно поэтому испытаний для неё было слишком мало. Смерть матери? Так себе конечно. А вот отец, который постепенно умирает в агонии самое то, а если прибавить смерть возлюбленного, то тогда и вовсе замечательно.
— Он… Умер…
Ханне даже не требовалось это услышать от Лилии, чтобы понять, что его больше нет, ведь так плачут только над ушедшими. Джеймс вздохнула и обняла Лилию. Она плакала и Ханна чувствовала, как по обнажённому плечу катятся слезы дочери вождя.
Лилия и Ханна были похожи хотя бы тем, что видели смерть не один раз и каждый раз внушали, что смогут забыть, но каждую ночь Лилии снится, как Чарли умирает на её руках, а Ханне до сих пор снится Эндрю, которого Питер убил в первый день её пребывания на острове. Близнецы Грей. Каждой из них снились они, и каждый раз чувство вины съедало их все больше, оставляя после себя лишь пустоту…
Флэшбек:
Поцелуй. Такой долгожданный, желанный, первый, со вкусом крови, и к несчастью — последний.
Лилия с трудом отстранилась от улыбающегося печальной улыбкой оборотня. Его янтарные глаза постепенно потухали, в них больше не будет жизни и игривых огоньков. Он больше не будет улыбаться, смеяться звонким смехом и дерзить Лилии. Она не будет в тайне любоваться, когда он не видит его родинками и высокими скулами. Она больше не будет изображать равнодушие. Лилия не будет игнорировать и делать вид что не замечает его знаки внимания. Ничего этого больше не будет и понимание того, что приходило, постепенно отравляло её сердце.
— Пожалуйста, — шептала она, гладя его по щекам — не уходи, прошу. У меня больше никого нет.
— Прости, — хрипло ответил Грей, — я не хотел, чтобы все закончилось так…
— Чарли, — прервала его девушка.
— Лилия, — так же прервал он её, — ты не одна, я всегда буду с тобой.
— Нет… Нет…
— Лилия, я люблю тебя и я найду способ быть с тобой.
— Но, как? Нет, ты выживешь, держись. Я сейчас приду, я должна найти лекаршу!
Тигровая Лилия хотела встать, но Чарли её остановил, сжав побелевшую кисть руки.
— Чарли…
— Всё кончено в этой жизни, но помни… Я всегда… Я всегда буду. — дальше говорить ему становилось все труднее, он начал кашлять кровью, — я всегда буду с тобой.
— Я люблю тебя, — прошептала она, уперевшись своим лбом в его.
Перед тем, как издать свой последний вздох, Чарли подарил дочери вождя последнюю улыбку. А потом, когда она поняла, что он умер, по всем неверлэндским джунглям раздался отчаянный, полный боли, скорби и отчаянья крик Тигровой Лилии. Она так и лежала бы, обнимая труп Грея, если бы от него её не оттащили пришедшие на запах крови оборотни. Он спас её от чудовища, подставив свое тело вместо её. Если бы не она, он бы был жив…
Конец флэшбека.
— Если бы… Если бы я могла, то умерла вместо него!
На этих словах Ханна сердито свела брови к переносице и отстранила от себя брюнетку.
— Не говори так, — строго произнесла Ханна, — Чарли бы не хотел такого исхода для тебя. Он умер, как герой и ты не имеешь права отобрать это у него.
— Но. Но… Но! Но!
Лилия была не в себе и поэтому Ханне пришлось её ударить, чтобы привести в чувства. Эхо от пощечины звонко прозвучало в комнате. Дочь вождя потерла место удара и уставилась на шатенку.
— Чарли любил тебя, — улыбнулась Джеймс, ободряюще сжав руку Лилии, смотря в её карие глаза, — и он бы не хотел, чтобы ты винила себя, так живи хотя бы ради его памяти.
— Ханна, — хрипло произнесла девушка, — знаешь, ты мне сначала не понравилась, но теперь я понимаю, что ты очень хороший человек.
Джеймс слабо улыбнулась и девушки вновь обнялись. Хороший человек… На самом деле Лилия была первой, кто назвал Джеймс таковой. В этот момент между гибридом и дочерью вождя создалась какая-то невидимая, прочная нить, которая обещала связывать их долгое время. С этого момента началась дружба Тигровой Лилии и Ханны Джеймс.
