Да, и не обидим их, оставив в безопасности, и от основных проблем отгородим. Гордость воинов нельзя ломать, иначе их доверие будет подорвано.
- Делайте, что хотите, - сказал Ренджи. - Мне немного осталось, чтобы достичь Банкая, а потом я...
- Будешь помогать нам, - в ультимативной форме заявил я.
- С чего это?!
- Потому что ты идиот! - повысил я голос. - Если тебе дать волю, то ты помрешь по пути. Пойдешь с нами.
- Чего?!
- А сам что задумал? Штурмовать эшафот в одиночку? Ты действительно такой тупой, раз думаешь, что сможет победить всех капитанов? Нет, уж лучше пойдешь с нами и будешь наравне со всеми помогать, чем помрешь там жалкой смертью, ничего толком не достигнув. Если хочешь помереть, попроси меня, я тебя прихлопну, это будет милосерднее.
Он думал что-то возразить, но я его уже не слушал.
- Теперь стоит решить, как нам действовать дальше. Просто так нам уйти не дадут. Если удастся привлечь на свою сторону кого-то из капитанов, то это нам поможет и отвлечет других.
- Свою ученицу я возьму на себя, - сказала Йоруичи.
- Хорошо, - киваю ей. Да, сам с ней я сражаться не хочу, но держаться поближе буду. Ее бойцы поддержки всегда рядом с ней, потому, чтобы добраться до Юске, мне придется быть рядом. - Тогда давайте действовать...
Вечер в доме капитана Укитаке проходил в весьма напряженном молчании. Несмотря на присутствие его хорошего друга Киораку, который мог разрядить любую обстановку своим пристуствием, лучше ему не становилось.
Оба капитана сидели перед столиком и обсуждали текущую обстановку, которая случилась в Готее.
Началось с того, что на следующий день после убийства Айзена, попытки похищения Рукии и устроенных разрушений, вторженцы куда-то пропали. Они просто исчезли и вот уже второй день просто не появляются, о них ничего не слышно. Что довольно подозрительно.
Единственное событие, которое произошло - это разрушение главного здания Второго отряда. Сой Фон рвет и мечет, так как у нее там что-то украли прямо перед ее носом. Ее гордость сильно задета. Насчет смертей неизвестно, пострадал ли кто-то, но ходят слухи, что кто-то все же погиб после этой стычки.
Но с тех пор полная тишина.
Укитаке уже обрадовался, что подобное затишье можно воспринимать положительно, что хоть одно из его прошений о пересмотре или отстрочки казни Рукии рассмотрят, но не тут-то было.
Недавно им сообщили, что казнь перенесена. Теперь девушка будет казнена завтра в полдень.
Настроение это никому не прибавило, а Укитаке просто не знал, как ему поступать.
С одной стороны, он понимал, что старик ведет какую-то свою игру и мешать ему нельзя. Он понимал, что если вмешается, то может сильно навредить своему отряду и близким.
Но с другой стороны он уже устал от всех этих грязных политических игр. Ему надоело, что Совет творит все, что захочет, а вместо того, чтобы противостоять им, они только сидят и смотрят. Синигами все больше и больше переходят на сторону Совета и предают товарищей, и их можно понять.
Готей очень странно заботится о своих людях.
Если бы не влияние Куроки Карасумару, приют для детей синигами, может, никогда бы и не открылся. Если бы не Айзен Соске, то какие-то продвижки по улучшению ситуации среди рядовых никто бы и не решил.
И, к своему стыду, Укитаке сам ничего не делал, потому когда он узнал о том Проекте, то был одним из первых, кто поддержал его. Он тоже хотел изменений и хоть что-то сделать, но, увы, после смерти Караса все оказалось заброшено. Были намеки, что Бьякуя планировал возобновить работу. Об этом при встрече обмолвилась Шихоин Чинацу. Но теперь все это загублено такими событиями.
Будто кто-то специально старается ухудшить положение вещей.
И Главнокомандующий вместо того, чтобы как-то эту проблему решать, занят больше политикой и высокими вещами, а на низ не обращает внимание.
Дерево гниет с корней, так и тут, если не начать решать проблему с меньшего, ничего нельзя исправить.
А то, как Готей не защищает даже аристократку из благородной семьи, уже порождает волнения обычных синигами. Если уж высшие чины с влиятельными семьями не застрахованы от клеветы и подставы, то что уж про рядовых говорить. А то, что все это обвинение фарс, понятно даже самому тупому.
- Я согласен с тобой, - кивает Киораку. Он за все время еще ни разу не прикоснулся к саке, что для него вообще не характерно. Пусть он и улыбался, но это было больше натяжная улыбка. - Я тоже устал от всего происходящего. Даже из моего отряда случались подобные подставы, но я тогда дал себя уговорить и не стал вмешиваться. Мне тоже противно от всего этого.
- После смерти Каена она и так сильно пострадала, - вздохнул Укитаке. - Если бы не мое здоровье, то ей не пришлось бы проходить через весь тот стресс и убивать его. Это должен был сделать я, но.... Я просто не могу бросить ее...
- Старик Яма будет в ярости, - усмехнулся его друг.
- Знаю, но поделать ничего не могу, - решился капитан Тринадцатого отряда.
- Чайку подлить? - прозвучал голос слева.
- Да, пожалуйста...
Оба капитана посмотрели друг на друга, поняв, что это не они говорили.
