— Оправдание?! Его попросту нет! Есть лишь эгоизм и глупость…
— Глупость? — подмигнула Джулия раздосадованному на самого себя Сэмюелю и подхватила его мягко за предплечье, располагая продолжить откровенничать.
— Ещё какая! — Сэм вдруг замотал головой, будто боролся с желанием говорить. — Дико вожделеть и бояться, в этом признаться! Плениться и не давать возможности разглядеть в себе обожателя! Держать от себя на расстоянии и эгоистично не позволять увлечься другим! Дерзко приручать…
— Значит, я не ошиблась! Ты одержим Равенной! — ласково подытожила Джулия. — Наконец, свершилось чудо! Твое сердце снова сладко трепещет, Сэмми!
— Джулия, прости! Я не ведаю, что творю! Говорить ТЕБЕ такое!
— Сэмми, вот именно своим ИЗВИНЕНИЕМ ты меня обижаешь! Неужели ТЕПЕРЬ я стану чужим тебе человеком?!
— Все же ты мать Дж…
— Да. Я мать девушки, которая так или иначе заставляет тебя искренне любить! Отдаваться чувству без остатка! И это прекрасно! Разве не этого она желала тебе при прощании?! Любить и быть любимым!
— Любить… быть любимым… — с сарказмом вдруг хмыкнул Сэм. — Второе маловероятно.
— Ты опять решаешь за Равенну?!
— Нет! На этот раз нет. Но и ошибиться ей по отношению к себе не позволю! Кроме меня она никого толком не знает, ты права! Поэтому я лишаю её права выбора. Пусть знакомится, изучает, «анатомирует», если посчитает нужным, каждого бедолагу. Но сделает выбор САМА, не посмев меня винить!
— Вот сейчас ты ведёшь себя, и правда, как осёл! Не забывай, она не твоя современница! И первая никогда не признается в чувствах! И уж тем более, если её избранник не проявит ответных! Ты можешь упустить шанс — сделать вас обоих счастливыми!
— В равной степени, как и несчастными, если послушаю тебя сейчас! Нужно время! Дай мне его, Джулия! — уже мягче закончил вкрай огорчённый Сэмюель беседой. Беседой, которая заставила вывернуть его душу наизнанку и ужаснуться от знания того, где и с кем в эту минуту находиться Равенна.
Тёплый вечер собирал под сереющим небом дождавшихся пятницы лондонцев. Столица щедро дарила развлечения на любой вкус. Шумные многолюдные заведения с привлекающими вывесками. Прекрасно освещённые скверы и парки. Живописное побережье Темзы со снующими туда-сюда суднами. Заполненные улицы толпами счастливых, не устающих делать памятные бесчисленные селфи туристов и не меньшим количеством горожан, привыкшим к яркой жизни любимого города.
Среди них затерялись и утратили счёт времени Равенна и Лионель. Не стоит удивляться, Лионель тщательно готовился к их встрече. Беатрис Сэлинджер помогала составить захватывающую «программу», она же постаралась, чтобы Равенна выглядела сегодня умопомрачительно. Безрукавное по фигурке платье, цвета не то фуксии, не то тёмного бордо, с беспроигрышным вырезом-лодочка. Удобная в тон обувь. Безупречный сдержанный макияж. Бижутерия, особо привлекающая внимание сумасбродным дизайнерским решением.
Но не эти все женские хитрости заставляли Лемминга не отрывать от Равенны весь вечер взгляда, а поведение, особое, ей несвойственное. Смелое, непредсказуемое, порой безрассудное. Она держала слово, данное накануне Беатрис: сегодня забыть о существовании Сэмюеля Декера, почувствовать, что только она в ответе за свою судьбу, найти те грани достаточности, которые не страшно будет переступить, таким образом сделав первый шаг к необходимой самостоятельности.
Ей нравилось, что Лионель в общении с ней не пытался докопаться до воспоминаний о её прошлом, как другие её новые знакомые. Может быть, именно поэтому ей было легко с ним, как и с Сэмюелем или Паркенсами. Лионель, несмотря на любовь к истории, заставлял Равенну задуматься о будущем. Какой она видит в нём себя? Кто те люди, что скрасят её будущность? А сегодня он вдруг предложил мысленно оказаться в другом времени или пространстве и пофантазировать на эту тему. Чтобы она взяла из знакомых вещей с собой? Кого рада была бы встретить там?.. Пока Равенна собиралась с мыслями и готовила серьёзные ответы, Лионель сам, смеясь и отшучиваясь, начал излагать о своём плане межзвёздного путешествия:
— …да вот хотя бы на Луну. Отдохнуть от всех и вся… Впрочем, с тобой бы я рад был встрече везде и всегда, Равенна! Так, чтобы я взял? Запасся интересными фильмами на гаджет, набрал вкусняшек, не отказался бы от удобного диванчика…
Лионель без умолку смешил Равенну, а она, облокотившись на перила набережной, смотрела на уходящий корабль-лайнер в вечернюю даль. Изредка Равенна бросала любопытный взгляд на соседей по набережной — юную парочку, с завидной беззаботностью и весёлостью милующихся. Искренний, заливистый смех незнакомой девушки опьянял её возлюбленного и в один прекрасный момент заставил страстно поцеловать милую на глазах у всех.
При виде забавной картины, Равенна то пялилась на нарушителей её спокойствия, то из скромности опускала глаза.
— Раве-е-е-нна! Эй! — мягко и игриво позвал Лионель Гордон, переставшую реагировать на его болтовню. — Ты ещё здесь?
