Наспех собранную Равенну для визита к Сэмюелю застал Стивен Эдвардс в коттедже. Он прибыл с хорошей новостью — утром Сэм пришел в себя. Состояние его было на тот момент стабильным, но подтверждённое сотрясение, пусть и лёгкое, — вещь серьёзная, и отнестись к ней нужно было соответственно. В тот день к Сэму никого не пустили, как и в следующие семь дней. Лишь Стивену удалось к нему пробраться на второй день и то ненадолго. А всё, потому что Сэмюель, действительно, оказался капризным пациентом. Лежать в клинике наотрез отказывался, и лишь Стивен нашел убедительные доводы, как его уговорить пролечиться. Эдвардс доходчиво объяснил, что если его состояние ухудшиться и (не дай Бог!) разовьются впоследствии болезни, вроде, той же эпилепсии, Декера безоговорочно лишат опекунских прав над Гордон. Так что, как действовать дальше, выбирать ему самому.
Как бы Сэмюель ни был раздосадован обстоятельствами, но понимал, в словах Стива присутствовал резон. От безысходности он стал бурчать, что ему многое запретили, никаких гаджетов, свободного питания и даже общения всю первую неделю. Немыслимо! И вдруг, как ребёнок, Сэм проскулил другу:
— Телефон мне мой раздобудь, а?!
— Ок. Без злоупотреблений только! Покой, покой и ещё раз покой.
— Присмотри за Равенной, попроси Джулии помочь тебе. Компания снова на тебе, дружище. Боюсь, китаяночке это не понравиться.
— Будешь должен! Отлежишься, сочтёмся.
Пока Декер приходил в норму в своей палате, его «группа поддержки» пыталась выяснить, что же явилось причиной столь странного его поведения накануне. Все ломали голову, почему же он искал разрядки на ринге: и братья Эдвардсы, и Равенна, и Джулия Паркенс, и… Беатрис Сэлинджер. Она-то как раз оказалась догадливее всех. Сложив два плюс два, Беатрис дозвонилась тайком Леммингу и выудила у него нужную информацию. Лионель не стал утаивать от Сэлинджер, что сорвал поцелуй у Равенны как раз в момент появления на горизонте неусыпного Декера. Лемминг намеренно скрыл от Равенны то, что видел Сэмюеля на набережной. Беатрис сделала правильный вывод — РЕВНОСТЬ! РЕВНОСТЬ К ГОРДОН! Но никому его не озвучила. Зато это обстоятельство заставило её перейти к решительным действиям. Промежуточная цель — избавиться от Равенны любой ценой и в кротчайший срок!
Сэлинджер воспользовалась временным отсутствием надзора Декера над беспамятной и втёрлась в полное доверие к мнимой подруге, безупречное покровительственное поведение стало тому причиной. Беатрис старалась отвлечь Равенну от грустных мыслей, чаще проводила с ней время в коттедже, (потому что вытянуть куда-либо Гордон было делом невозможным), но главное, что, собственно, и подкупало — отзывалась о Сэмюеле теперь с особенной теплотой и душевностью.
Нередко к ним присоединялась Джулия, в запасе деятельная женщина всегда имела творческие идеи, как скоротать время увлекательно. Занятия скрапбукингом, пэчворком, ассамбляжем заставляло время лететь очень быстро и с пользой. Равенне рукоделие доставляло истинное удовольствие, а вот Беатрис стоило больших усилий притворяться, что рада такому времяпрепровождению.
Обучение на дому Равенна продолжала по расписанию, а вот Лионель, как и просил, свои визиты сделал ежедневными, нередко затяжными, как казалось Джулии. До неприятного случая с Сэмом она была рада общению шотландки с Леммингом, но когда узнала от Сэмюеля о его истинных чувствах к горянке, у Джулии появилась надежда, что Равенна ответит на них взаимностью. Реакция Равенны на всё происходящее с Сэмом говорила ей уже о многом… Джулия стала внимательно наблюдать за отношениями Равенны и историка. Не ошибается ли она в том, что видит лишь симпатию девушки к нему?
Беатрис так же была не слепа, и отсутствие у Равенны трепетных чувств по отношению к Леммингу её приводило в крайнее бешенство.
Зато Лемминг своей привязанности к беспамятной ничуть не скрывал.
Тогда Сэлинджер решила брать быка за рога. Леммингу наплести, что Декер собирается сделать предложение Равенне, а Гордон убедить, что Сэмюель без ума от самой Беатрис, и их отношения развиваются очень даже стремительно.
«Теперь Леммингу придется запастись козырными картами, в этому я ему с удовольствием помогу. Осталось преподнести Гордон новость, что Декер и я отныне вместе. Компромат у меня всегда наготове, спасибо Гретте Уилфорд! Уже очень скоро Равенну ждёт сюрприз…»
В день, когда Равенну подстерегал сюрприз, Беатрис пришлось напроситься к Гордон на ночёвку, расположить свою жертву к откровенным излияниям.
— Равенна, ты мне так и не рассказала о том, как провела время с Лионелем в тот вечер, в Лондоне. Мне кажется, ты стала отдаляться от меня, таиться. Что между вами?
— Беатрис, я очень благодарна тебе за поддержку во всём, правда! Только я не хочу торопиться делать выводы о Лионеле. Он замечательный, интересный и внимательный… я чувствую, что нужна ему. Но это меня как раз и пугает, всё так стремительно происходит. Я хочу быть во всём уверенной.
