Интересно, что бы он сказал отцу? Я, мол, ныне ночью разговаривал с вашей упокоившейся женой… И она, мол, просила передать вам привет… Да бывший посадник расценил бы такое сообщение как самое настоящее издевательство. А скорее всего и вовсе бы к зеркалу не подошел… Нет, для отца он с семьдесят первого лета отрезанный ломоть, а теперь, после материных похорон, и вовсе не существует!..
Ладно, раз уж мы такие, раз уж мы ныне никому не нужны, то займемся самообразованием. Что у нас там на очереди?.. «Императорский Рим в лицах» мы закончили перед отъездом в Ключград. Значит, на очереди «История культуры Древней Греции и Рима» Джованни Пескарони, перевод с италийского Векши Седака, триста пятьдесят одна страница с рисунками и таблицами…
Однако прочесть он успел лишь введение. А потом в кабинет постучался Петр:
– Хозяин, к вам гость…
Ну наконец-то… У Света словно гора с рамен свалилась. Наконец-то я вам стал нужен, братие!
– Кто?
– Некий Лутовин Кузнец. Волшебник из Ключграда.
Так, подумал Свет. Вас, брате, я не ждал. Кстати, теперь мне и самому непонятно, почему не ждал… Но выслушаю с превеликим удовольствием.
– Просите!
Через минуту домашний колдун Нарышек сидел в кресле для гостей.
– Слушаю вас, брате…
Диковатые блуждающие глаза, но страха в ауре нет. Зато присутствуют совершенно незнакомые коричневатые оттенки.
– Вас ждут, чародей!
Так, подумал Свет. Давление другой стороны продолжается…
– Я не поеду в Ключград, брате. Кто бы меня там ни ждал!
Коричневатые оттенки усилились.
– Вам не надо в Ключград, чародей. Вас ждут здесь, в столице.
– Кто и где?
– Этого я вам сказать не могу. Но она ждет вас с нетерпением. – На слове «она» прозвучало ударение.
– А как я ее найду? – Свет, в свое очередь, сделал ударение на слове «ее».
– Буде вы сейчас пойдете со мной, я вас провожу…
– А буде я сейчас не пойду?
– Тогда назначьте время, и к оному времени я снова буду у вас. Особа, которую я представляю, вынуждена быть осторожной. Она не хочет, чтобы кто-либо знал место ее пребывания…
– Подождите, брате, – оборвал Свет. – Ответьте на один вопрос. Почему вы при нашем разговоре на балу не сообщили мне о том, что в доме все-таки произошло странное? Я имею в виду некую болезнь некоего слуги по имени Олег Лощина.
Коричневые цвета заполонили ауру Кузнеца чуть ли не полностью.
– Мне было не велено говорить об этом.
– Кем не велено?
– Мне не велено говорить об этом.
– А я вам велю!
– Мне не велено говорить об этом. – Глаза ключградского волшебника уже не видели Света. – Мне не велено говорить об этом. Мне не велено говорить об этом…
Свет вдруг понял, что Лутовин Кузнец находится под действием неизвестного заклятья. И кто знает, может быть, сейчас с волшебником произойдет то же, что вчера случилось с кучером таинственной трибуны!..
– Подождите, брате! – поспешно сказал Свет. – Передайте ей, что я не могу прийти. Вам не велено говорить, а мне – покидать дом. Если она хочет, пусть приходит сама. Думаю, ей это не составит труда…
Коричневые цвета стремительно пошли на убыль. Но совсем не исчезли.
– Хорошо, чародей. Я все передам!
Свет вызвал Петра и попросил проводить гостя.
Не прошло и получаса, как все повторилось. На этот раз гостем оказался Сувор Нарышка.
Свет уже ничему не удивлялся.
– Я к вам от отца, чародей. Он просит передать, что очень удивлен событиями последних двух дней. Мой отец не привык, когда его слуги без разрешения покидают дом. И если вы не прекратите использование Таланта с незаконными целями, он обещает вам очень большие неприятности. То, что вы член палаты чародеев, не дает вам права использовать в сыске чужих слуг без разрешения хозяев…
И так далее и тому подобное.
Развеселившийся Свет с интересом наблюдал за изменениями, происходящими с аурой молодого ключградца. Как и у Лутовина Кузнеца, коричневые цвета налились силой и тут же ослабли, едва Свет сказал:
– Я все понял, княже. Передайте своему отцу, что я немедленно отдам задание вашим слугам вернуться домой.
– И моей сестре?
– Ваша сестра тоже сбежала из дома?
Лицо Сувора побагровело. А взгляд прояснился.
– Простите, чародей, но я не потерплю такого тона по отношению к моей сестре. И буде вы немедленно не извинитесь…
Похоже, тот, в чьей власти сейчас находился князь Сувор, утратил контроль над ним. Впрочем, Свету это ничего не приносило. Окромя новых неприятностей. Не хватало еще для полного счастья оказаться вызванным на великородную дуэль.
– Я прошу прощения, княже. Я вовсе не хотел оскорбить княжну Снежану. Паче того, должен вам сказать, что и сам бы…
Договорить Свет не успел: глаза у Сувора Нарышки вновь стали диковатыми, а коричневые цвета в ауре усилились.
– Что я еще должен передать своему отцу, чародей?
Свет пожал раменами:
– Передайте вашему… кх-м, отцу, что давить на меня бесполезно. Если я ему нужен, пусть придет ко мне сам… или сама, и мы расставим точки над «и». – Им вновь овладело веселье. – Скажите, а Порей Ерга, случаем, не был вашим попутчиком по дороге в столицу?
Князь Сувор помолчал. Словно дожидался решения неведомого кукловода…
