Откуда этот гад мог узнать такие подробности о самом сокровенном, даже от себя скрываемом? Парень всю жизнь боролся с дурными наклонностями, доводя собственный организм этой борьбой до остервенения и повышенного уровня спермотоксикоза. Возводил барьеры от повсеместной пропаганды гомосексуализма, в то время как геи планомерно оккупировали окружающий его мир, внедряясь, просвечивая в самых неожиданных местах, позициях, мелькая в каждом мужском лике. Сашка изо всех сил отрицал в себе наличие нездорового влечения к объектам собственного пола, спорил даже с зеркалом, отражающим его немужественную физиономию с разреженным кустарником щетины. А этот ледяной властелин взял и одним ударом разрушил все мечты стать нормальным, завести детей с какой-нибудь доброй и непривлекательной девушкой, ибо всё одно пофиг, они все одинаково никакие. Ну уж нет! Надо найти деньги.
Сумма предсказуемо оказалась запредельной. И кто, спрашивается, заставлял этого недораскулаченного аристократа делать такой дорогой ремонт? Конечно, можно было продать квартиру. Но за неё ещё не выплачена ипотека, и право продажи попросту отсутствовало. Да и жить где? А главное, на что? Снимать квартиру, одновременно выплачивая кредит, не получится. Денег не хватит. Занять? Не было у Сашки знакомых с такими деньжищами. Разве что сам сосед, но тот вряд ли согласится. С миру по нитке? Всё равно не реально, столько просто не собрать даже со всех друзей и мало-мальски приятелей, разбросанных по просторам России. Семья? Так у Саши только младшая сестра и осталась. Жалиться ей на судьбу горемычную и озвучивать альтернативный способ оплаты – хуже пытки. Тем более, что уж она то точно ничем помочь не сможет. У неё детей трое и муж без работы.
Сосед открыл не сразу. Саша мялся на вычурном темно-фиолетовом коврике, стесняясь того, как на нём выглядят потрёпанные тапочки с дырочкой, в которой виднелся большой палец правой ноги. Когда же властелин открыл, то только смерил парнишку надменным взглядом и отступил внутрь квартиры, впуская того в свою отсыревшую преисподнюю. На этот раз дальше прихожей никто не приглашал, и Сашка продолжил мяться, ожидая приговора, на другом коврике, более оптимистичной расцветки.
- Ну? - зачем-то спросил сосед.
Парень, соображая, зачем его мучают, принялся ковырять ковёрный ворс торчащим из тапка пальцем ноги.
- Я согласен, - выдохнул Саша и покраснел с ног до головы от собственной смелости.
- На что? – неожиданно опешил властелин, но тут же взял себя в руки. – Деньги принёс? – уточнил он.
- Нет, - сдавленно пискнул парень и прокашлялся. – Я натурой согласен.
Началась пауза, заскользила по времени, шурша многочисленными тикающими лапками. Парень, ожидавший хоть какой-то реакции, отчаянно сжимал напряжённый зад, хрустел пальцами.
- Ты охренел? - словно ледяной водой облил словами сосед, заиграл желваками. – Я что, на пидараса похож? Я думал, припугну - денег быстро добудешь, - властелин не слишком аристократично сплюнул. – Пшёл вон, пока цел!
И Сашка "пшёл". Точнее побежал. Хлопнул стальной дверью преисподней и помчался легкой стрелой вверх. А на бегу думал, надо же, и задница цела, и деньги вроде отдавать не надо. Оказывается, удобно быть геем, зря он так сопротивлялся собственной уникальной сущности. Может, стоит хоть частично пересмотреть систему ценностей и заняться, наконец, хоть с кем-нибудь сексом?
Глава 2
Спустя всего полчаса, когда Саша уже принял окончательное решение стать геем, раздался звонок в дверь. На пороге стоял сосед с небольшой сумкой в руках.
- Я решил, раз сделка в силе, то у тебя и поживу, сэкономлю тебе часть долга.
Он невозмутимо шагнул внутрь квартиры, оттесняя хозяина, и оглянулся куда-то на лестницу.
- Заносите, - надменно зашвырнул он в пространство подъезда, и тут на опешившего Сашку обрушился хаос.
Крепкие парни принялись вносить мебель, какие-то коробки и сундучки, объёмные чемоданы едва ли не в человеческий рост. У Саши, забившегося в угол под знакомой рогатой вешалкой для одежды, создалось впечатление, что к нему переехал весь соседский музей.
Вещи властелина неотвратимо расползались по квартире, вытесняя его собственные, превращая почти уютное холостяцкое жилище в нечто среднее между складом антикварной лавки и филиалом жилища демона. Причем первое несомненно превалировало над вторым, не хватало только бумажных бирок и многоярусных шкафов с картотекой.
Когда рассосалась рабочая сила и улеглась пыль, осваиваясь на новых предметах интерьера, парень очумело сполз по стеночке на пол, не отрывая взгляда от соседа, недовольно оглядывающего свой новый приют.
- Вы же… - скрипнул он и приподнял руку с вытянутым пальцем для уточнения.
- Я же, - согласился властелин. – Я же Альберт Родионович, приятно представиться.
- Вы же отказались, - как можно более быстро и слитно выговорил Саша.
- Шуток не понимаешь, - констатировал сосед без малейшего намёка на улыбку. – Такие долги не прощают. Вставай. Я хочу есть. Ты готовить умеешь?
