К ним направляется коротышка с нарумяненными щеками и во фраке. Его спутница в бальном платье на целую голову выше его.
– Доброе утро, Стэнли, – произносят они хором: он – альтом, она – басом.
– Мистер и миссис Бланшфлауэр, как поживаете? – здоровается Стэнли.
– Спасибо, хорошо, – отвечает миссис Бланшфлауэр.
– А у вас все в порядке? – спрашивает мистер Бланшфлауэр, кивая на дверь номера 777. – Или постоялец, гм, выписался, не успев выписаться?
Стэнли улыбается, всем своим видом показывая, что оценил шутку:
– Ну что за вопрос, мистер Бланшфлауэр! Вы же знаете, это отель «Челси».
Супруги грустно переглядываются и уходят вниз по лестнице. Как только они скрываются из виду, Стэнли вставляет ключ в замок.
– Я войду первым, – заявляет Левон.
Что-то в его тоне заставляет Эльф возразить:
– Нет, погоди.
Ей страшно, но она входит первой:
– Джаспер?
Ответа нет.
Ванная комната пуста. И ванна тоже. «Слава богу». Зеркало заклеено газетами. «А вот это плохо».
– Чего это он? – спрашивает Стэнли.
– Не любит отражений, – говорит Эльф и, напрягшись, заглядывает в спальню.
Джаспера нет: ни на кровати, ни рядом с кроватью – вообще нигде.
– Великолепные наволочки, – говорит Стэнли. – Я их купил на греческом рынке в Бруклине.
Эльф раздергивает шторы, откатывает балконную дверь. На балконе никого. Внизу на улице все в порядке.
– Ну, я же говорил, – вздыхает Стэнли. – Он ушел прогуляться. Чудесное нью-йоркское утро. Скоро вернется, вот увидите.
– По вагонам, по вагонам! Добро пожаловать в «Локомотив» на девяносто семь целых и восемь десятых мегагерц. Вы слушаете шоу Бэта Сегундо «Все лучшее допоздна». Время пять минут четвертого, и только что прозвучал «Откати камень», новый сингл моих старых английских друзей, группы «Утопия-авеню». Три четверти группы отправились со мной в путешествие на Бэт-поезде, чтобы рассказать о своем потрясающем новом альбоме «Зачатки жизни». Но сначала попросим их представиться…
Бэт кивает Эльф.
– Привет, Нью-Йорк, – говорит Эльф в свой микрофон. – Меня зовут Эльф Холлоуэй. В группе я клавишник и вокалистка, и… – «…До ужаса волнуюсь о нашем пропавшем гитаристе». – Мы с Бэтом знакомы еще с тех времен, когда он был диск-жокеем в Англии. Между прочим, именно он первым запустил наши песни в эфир. Но довольно обо мне. Пусть лучше Дин расскажет о себе. – Эльф мысленно кривится: «Вот ведь как по-идиотски выразилась…»
– Добрый день. Я – Дин Мосс, басист, вокалист и автор песен. Только что прозвучала одна из них. Надеюсь, вам понравилось. И вообще, Бэт Сегундо – клевый чувак! Грифф, что скажешь?
– Я – Грифф, простой барабанщик. А для тех, кому интересно, как я выгляжу, представьте, что Пола Ньюмена скрестили с Роком Хадсоном.
– К сожалению, к нам не смог присоединиться четвертый утопиец, Якоб де… простите, я случайно оговорился, конечно же Джаспер… Джаспер де Зут, гитарист, но сегодня он обязательно будет в «Гепардо» на Пятьдесят третьей улице, где ровно в девять вечера начнется концерт «Утопия-авеню». Если поторопитесь, то еще сможете купить билеты. Их осталось очень мало.
«Мы все надеемся, что он там будет», – думает Эльф.
– А скажите-ка нам, Эльф, Дин, Грифф, – говорит Бэт, – какое впечатление сложилось у вас, жителей одного великого города, о другом великом городе? Если можно, одним словом.
– Сэндвичи, – говорит Грифф. – В Англии сэндвичи только с ветчиной, или с яйцом, или с сыром. А здесь огромный выбор: и разный хлеб, и мясо, и колбасы, сыры, соленья, соусы и приправы. Я зашел в закусочную и не знал, с чего начать. Пришлось ткнуть пальцем в чей-то заказ и сказать: «Мне то же самое».
– А для меня Нью-Йорк – это слово «больше», – говорит Дин. – Здесь больше домов, больше высоты, больше шума, больше нищих, больше музыки, больше неона, больше рас и народностей. Больше суматохи, больше суеты, больше счастливчиков, больше неудачников. Больше больше…
– Больше психиатров, – подхватывает Бэт. – Больше крыс. Эльф, а что ты скажешь?
– Я не смогу описать Нью-Йорк одним словом, – говорит Эльф, – только предложением. «Не лезь в мои дела, а я не буду лезть в твои». А Лондон: «Ты кем себя возомнил?»
– Ох, я бы с удовольствием целыми днями описывал города, – говорит диджей, – но давайте все-таки поговорим о музыке. Во-первых, поздравляю. Ваш сингл «Откати камень» на этой неделе вошел в верхнюю тридцатку. Дин, ты сочинил эту песню в очень трудных обстоятельствах, верно?
– Да, Бэт. Итальянские полицейские подкинули мне наркотики и неделю продержали в тюрьме. Там я и написал «Откати камень». Кстати сказать, с меня сняли все обвинения.
