Утопия-авеню полностью

– Спасибо, Хауи, за проникновенную речь, – говорит Виктор. – У меня и в самом деле прекрасные новости. Я только что разговаривал по телефону с Тото Шиффером, одним из боссов «Илекса» в Гамбурге. Он дал согласие не только на запись следующего сингла, но и на запись полноформатного студийного альбома!

Беа, Джуд и Эльф хором восклицают: «Вау!»

– В яблочко! – говорит Грифф.

Дин откидывается на стуле:

– Ну наконец-то!

– Так что вам пора приниматься за работу, – говорит Виктор Френч. – Альбом должен быть в магазинах до Рождества.

– Нет проблем, – говорит Левон. – У группы много песен, обкатанных на концертах и готовых к студийной записи.

– В идеале второй сингл надо выпустить за неделю до выхода альбома, – говорит Найджел Хорнер. – Для рекламы чем больше шума, тем лучше.

– Завтра я первым делом пересмотрю расписание концертов, – говорит Левон, – и отменю те, что помельче, чтобы высвободить время для репетиций и студийных сессий.

– В настоящей студии? – уточняет Дин.

– «Пыльная лачуга» прекрасно записала «Темную комнату», – говорит Виктор Френч. – И по приемлемой цене.

Левон поправляет галстук.

– «Утопия-авеню» оправдает доверие, оказанное им мистером Шиффером, и запишет один из лучших альбомов года.

– Джаспер, ты как-то притих, – замечает Хауи.

Джаспер не уверен, укоряют его или просят что-то сказать. Он подносит к губам бокал. Бокал пуст.

– Ты обязательно должен написать еще несколько песен, таких же цепляющих, как «Темная комната», – говорит Найджел Хорнер.

– Я постараюсь. – Джасперу хочется, чтобы на него перестали смотреть. Он сосредоточенно вслушивается, боясь услышать то, чего слышать не хочет.

– Мы с Эльф тоже пишем песни, – говорит Дин.

И тут… ритмичное постукивание костяшками пальцев по дереву. Тук… тук… тук… Тише, чем слова Дина, но громче, чем в прошлый раз. Стука больше никто не слышит. Сообщение предназначено только одному человеку.

Джаспер последовал совету Формаджо и целый год, с апреля 1962-го по апрель 1963-го, вел дневник, озаглавленный «Т2». В этом дневнике указывалось время, продолжительность и общее описание случаев появления Тук-Тука. Все записывалось на голландском, с применением нотных обозначений для передачи громкости и динамических оттенков звучания: f, ff, fff, cres., bruscamente, rubato и тому подобное. Собранные данные позволили установить следующее. Чаще всего Тук-Тук появлялся около полудня и ближе к полуночи, причем независимо от того, был Джаспер один или вокруг были другие; в душевой, на уроках, на репетициях хора или в столовой. С течением времени частотность явлений возросла, и вместо двух, трех или четырех раз в неделю Джаспер стал слышать стук по два, три или четыре раза в день. Во время летних каникул Тук-Тук последовал за Джаспером в Домбург. Тройные постукивания, впервые прозвучавшие на крикетной площадке, превратились в замысловатый дробный перестук продолжительностью до минуты, а то и больше. Стук стал громче и как будто ближе. Чувствовалось, что за ним стоит нечто разумное. Стук звучал то отчаянно, то злобно, то уныло. Попытки установить контакт с Тук-Туком – один стук «да», два стука «нет» – ни к чему не привели. Случаи участились, и со временем Джаспер привык к стуку. В конце концов, это было относительно безобидной слуховой галлюцинацией, а не гласом Божьим, не дьявольскими нашептываниями, подбивающими к самоубийству и даже не голосом повешенного якобита, который, говорят, порою слышали на лестничной площадке Свофхем-Хауса. Среди однокашников Джаспера были такие, кто страдал эпилепсией или переболел полиомиелитом, ослеп на один глаз или сильно заикался, и в сравнении с этими недугами Тук-Тук выглядел мелкой, пусть и досадливой неприятностью. Верный Формаджо никому не проболтался; его по-прежнему волновало состояние Джаспера, но друзья редко об этом заговаривали. Вскоре Джаспер станет с тоской вспоминать те безоблачные дни.

– Вот эти строки, – говорит Джасперу Виктор Френч, – в последней строфе «Темной комнаты» – «…кроны укроют от судьбы и от дождей, но под мокрыми кронами вдвойне мокрей…». Не знаю, что конкретно они означают, но общий смысл улавливаю. – (Официант наливает кофе из серебряного кофейника с узким носиком в фарфоровые чашечки. На серебряных подносах подают портвейн.) – Где ты находишь слова?

Джасперу хочется отпраздновать свое выступление на «Вершине популярности», выкурив косячок в лодке, на Серпентайне, подальше от Виктора Френча, Хауи Стокера и всех тех, кто ждет от него каких-то действий.